Шоу в затерянном городе

Сейчас всё это в прошлом. Наши современные правители этих лакомств не употребляют. А нам самим много ли надо? Сахара нет, варенья не сваришь. Вот мы и пришли! – Сообщила Эльвира, останавливаясь перед небольшим, но добротном одноэтажным домиком, огороженным высоким забором из сайдинга, который изначально был расписан красивым пейзажем. Но время стёрло детали былого великолепия, а бедность не разрешила его восстановить. В небольшом дворике вдоль асфальтной дорожки до самого крылечка зеленели ярко – зелёные листья ирисов и тюльпанов, оживляя холодную и унылую весну.

Гостеприимная хозяйка провела меня на кухню, где стояла маленькая железная печка буржуйка. В доме было довольно прохладно. Я достала банку растворимого кофе и поставила на стол. Эльвира бережно, как драгоценность, взяла её, открыла крышку и понюхала.

– О-о, какой аромат! – Закрыла она от удовольствия глаза.

Затем налила в чайник и в такую же маленькую кастрюльку воды и растопила печку.

За кружечкой кофе мы разговорились.

– Возьмите, если надо, эту драгоценность. У вас, похоже, это дефицит? – Предложила я, кивнув на банку с этим напитком.

– Нам талоны дают только на необходимые продукты. Кофе и чай, соки в их список не входят. Хотите ознакомиться?

– Очень даже! – Я с готовностью взяла этот документ.

Талон представлял из себя тонкий гибкий лист, похожий на бумажный, но явно искусственного происхождения.

– А деньги у вас тоже из пластика?

– У нас их нет вовсе. Касте простолюдинов они не полагаются. Дают ежемесячный талон на продукты. И один раз в год – на товары.

– А если мне, например, чего-то захочется ещё?

– Желания и потребности людей чертей никогда не волновали. Какая им забота о нас? – Тихо ответила Эльвира.

– И все с таким положением смирились? – Недоумевала я, широко распахнутыми глазами уставясь на собеседницу.

– Те из нас, что были несогласны, сгинули безвозвратно. Но так ничего не добились! – Горестно вздохнула пожилая женщина.

– Поня-ятно-о! – Протянула я, начиная осмысливать, как наш народ оказался в такой западне. Сначала, в начале 20 в. при становлении Советской власти изъяли, то есть ограбили всех людей в России, кого только можно было. Сопротивляющихся перебили.