Хроники Вечности

Я называю это ментальными каналами. И это огромная, многомерная система. Полностью осознать её невозможно потому, что вот тут, – он постучал указательным пальцем по виску, – слишком много ограничений. – Он облокотился на спинку стула и запрокинул голову, – Слишком, слишком много.

Витя внимательно слушал, пытался применить слова Гены для решения своих проблем. Но всё было таким общим, неконкретным, что он зашёл в тупик в своих размышлениях и перебил инженера:

– Вы говорили, что можете помочь, так? – попытался перевести разговор он в конструктивное русло, – как мне найти мать с бабушкой и вернуть Костю в здравый рассудок?

– На конкретные вопросы хочется конкретных ответов, – протянул Геннадий, – но у меня их нет.

– Ну, конечно, биоэнергетика – это вопросы про высшую материю, а не ответы про приземленные неприятности. – Разочарованно усмехнулся Виктор. – Вы ввели меня в транс или загипнотизировали, осыпали цитатами из какого-нибудь философского трактата и считаете, что помогли. А на деле, никакого толка от всех этих слов.

– Ты прав. – Ответил Геннадий. – Только вот никакого толка и не будет, пока ты, – он погрозил Вите указательным пальцем, – вот ты сам, не перестанешь считать себя сумасшедшим или лунатиком.

– Я себя таким не считаю, – сцепив зубы ответил Витя.

– Считаешь! – Разозлился Гена и вскочил со стула, – а из-за тебя всё рушится! Тысячи людей остались в единственном экземпляре во всей Вселенной! Друг твой пошел в секту, чтобы тебе же доказать, что ты нормальный и сны твои чистая правда! А ты, идиот! – он сцепил кулаки и поднял плечи, – бестолочь ты! – Гена замолчал и расслабился, закрыл глаза, сложил руки в треугольник на груди и добавил, – Дневники свои читай.

– Нет у меня их, – буркнул Витя и отвернулся.

Геннадий рассмеялся и медленно похлопал в ладоши.

– Девка спёрла?

Виктор промолчал.

– Ладно, мальчик ищущий правду… – Инженер поставил стул рядом с одним из стеллажей, забрался на него и поводил по верхней полке рукой, пододвигая к краю что-то крупное.

Полученную при общении с кем-либо информацию, надо переосмысливать в одиночестве, а во время уединения – обсуждать с людьми.