Мария. Часть 3. Другой мир, другая жизнь

– Мама, а так, – медленно, как бы нехотя, очень тихо спросил парень, – так могут только оборотни?

– А вот об этом ты поговоришь с мужчинами, – ответила я, заметив, как те, кто слышал наш разговор, пытаются сдержать смех. Взлохматила чёрные волосы, – понимаешь, эту тему не принято обсуждать во всеуслышанье.

Макс бросил быстрый взгляд на наставницу, которая неодобрительно качнула головой:

– Я понял, – он виновато опустил голову, – госпожа Ситаби упоминала, что некоторые темы, особенно те, что…

– Постой, – Цемиас приобнял мальчика, – мы с тобой обсудим неудобные вопросы наедине.

– Хорошо, – на губах Макса расцвела счастливая улыбка.

После привала мальчишки пересели на лошадей. Максу уступил своего коня Цемиас, перебравшийся ко мне в карету, а Тим теперь сидел в седле перед Жархом и с восторгом осматривался вокруг. Ну а я плавилась в родных объятьях, полулёжа на груди мужа. Было тепло, уютно и спокойно. Колёса поскрипывали в такт движению кареты, а я уплывала в блаженный сон, чувствуя, как моих волос касается дыхание мужчины.

Проснулась от громких голосов, доносящихся снаружи. Цемиас был уже там. Открыв дверцу кареты, соскочила с подножки, одновременно осматривая отряд оборотней, окруживших нас. А заодно и мальчишек, стоявших сейчас у самой кареты, и Жарха, застывшего перед ними в напряжённой позе. Его ладонь лежала на навершии меча, готовая в любую секунду выхватить его из ножен.

– В чём дело? – я как бы ненароком тоже оказалась между чужаками и сыновьями.

– Цемиас, а это и есть та человечка, которую ты взял в жёны? – молодой франтоватого вида оборотень, осматривая меня с ног до головы, криво усмехнулся. – Мелкая она, уверен, что тебе именно такая нужна?

– Повторяю, – почти прорычал мой мужчина, – это моя семья. А сейчас ты смеешь говорить о моей жене.

– Ты взял эту человечку вместе с её выводками? – не унимался парень, словно не заметив явную угрозу в голосе оборотня.

«Он или непроходимо глуп, или просто не осознаёт с кем говорит, провоцируя сильного альфу» – подумала я, всматриваясь в нахала. Сзади всхлипнул Тим, я обернулась, чтобы успокоить малыша, села перед ним на корточки и стёрла слезинку, катившуюся по щёчке:

– Дядя, так глупо шутит, не плачь, маленький. Ты же не думаешь, что мы позволим причинить вам вред?

Тим бросился мне на шею, крепко обнимая своими маленькими ручонками, и снова всхлипнул.