Жаба на пуантах

 – Это не я! Кто же это такой?

– Ты меня спрашиваешь? По-моему, ты скорее должна знать, что это за человек!

– Первый раз его вижу! – проговорила она жалобно. – Вот что хочешь делай…

– Слушай, а ты на катке только ногу сломала, – осторожно спросила я, – а головой, случайно, не ударялась?

– Вроде бы нет… – Люся задумалась. – А может быть, это последствия травматического шока?

– Совсем не обязательно, – поспешила я ее утешить. – Чего только не бывает… ты лучше подумай – где ты могла перепутать паспорта с этим Отари Ираклиевичем?

– Ума не приложу! – вздохнула Люся.

 – Я вообще стараюсь паспорт из дома не выносить…

– Но в травмпункте ты должна была его предъявить! – напомнила я, выразительно взглянув на ногу в гипсе.

– А, ну да, точно… – Она наморщила лоб, припоминая. – Ну конечно, мы заехали домой за паспортом…

– Ну, значит, там ты его и перепутала. Постарайся вспомнить, не было ли тогда в травме такого усатого джигита? Все-таки у него довольно запоминающаяся внешность!

– Не могу вспомнить… – пожаловалась Людмила.

 – Мне было не до джигитов. У меня так болела сломанная нога, что я ни на что и ни на кого не обращала внимания… Гошка даже забеспокоился, что я сознание потеряю…

Вдруг из глубины квартиры раздался грохот, как будто там что-то обрушилось.

– Марьяна, мерзавка, что ты там натворила? – воскликнула Люся, вскочила и заковыляла на звук, опираясь на свой костылик.

Я, к своему стыду, не устремилась ей на помощь.

Вместо этого я достала из своей сумки мобильный телефон и сфотографировала на него первую страницу паспорта таинственного гражданина Гунтаришвили.

Секунду подумав, я перелистала страницы документа и сняла еще одну – ту, на которой стоял штамп прописки, точнее – регистрации.

Я только закончила это дело и положила паспорт на прежнее место, как в кухне снова появилась Людмила.

– Можешь себе представить – она сбросила со шкафа мою шкатулку с бижутерией и раскатила все по комнате, а сама куда-то спряталась! Вот же вредная кошка! Это она мстит за то, что я ее с коленей согнала! Вообще, сиамские кошки очень злопамятные…

В эту секунду за спиной у Люси бесшумно возникла кошка.

Марьяна стояла на пороге кухни с таким выражением морды (мне так и хочется сказать – лица), какое бывает только у супермодели, демонстрирующей на Неделе высокой моды платье или шубу от знаменитого дизайнера.

На шее у Марьяны висели бусы из крупных пластмассовых шариков.

– Тебе очень идет… – сказала я тихонько.