Жаба на пуантах

– Займись делом! – строго бросила ей Алевтина.

– Я буду ждать от вас сообщения! – воскликнула я. – От телефона не отойду!

Я хотела было еще высказаться на данную тему, но в эту секунду дверь кабинета с грохотом распахнулась и внутрь влетело что-то огромное и бесформенное, отдаленно напоминающее то ли пыльный смерч, то ли золотисто-коричневую шаровую молнию. В следующее мгновение из этого золотистого смерча проступила тяжелая лобастая голова и четыре лапы, и я узнала своего обожаемого Бонни.

Я хотела прикрикнуть на него, призвать к порядку, но не успела даже рта открыть – он первым разинул свою огромную пасть, продемонстрировав полный комплект страшных зубов, и громко рыкнул.

Этого оказалось достаточно.

Даже более чем достаточно.

Твердокаменная Алевтина побледнела, вскочила и вылетела из кабинета, как пробка из бутылки, а более ранимая и чувствительная Ангелина издала негромкий стон и без сознания сползла на пол.

– Бонни, чудовище! – воскликнула я возмущенно. – Что ты себе позволяешь? Зачем ты сюда ворвался?

Золотистый негодяй как ни в чем не бывало подскочил ко мне, облизал своим шершавым языком (у меня было такое ощущение, что на меня вылили ведро с водой или даже обрушили цунами) и проворчал что-то невнятное, но очень ласковое.

Я давно уже с ним общаюсь и постепенно научилась понимать его язык. По крайней мере, мне так хочется думать. Так, в данном случае его ворчание значило следующее:

«Я почувствовал, что мою обожаемую хозяйку здесь обижают, что к ней относятся без должного почтения, и просто обязан был немедленно прийти на помощь!»

– Я, конечно, очень ценю твою заботу, Бонечка, – проговорила я раздраженно.

С этими словами я наклонилась над бесчувственной Ангелиной и проверила ее пульс.

Пульс оказался ровный, и лицо ее немного порозовело. Мне показалось, что организм взял свое, обморок, вызванный появлением Бонни, уже перешел в здоровый глубокий сон и Ангелине сейчас снится знаменитый футболист в шоколаде…

Тут до меня дошли сразу две вещи: во-первых, ругать Бонни бесполезно, все претензии можно предъявлять только к дяде Васе, который за ним не уследил.

Потому что я осталась в кабинете один на один с гламурным компьютером Ангелины.