Семнадцать провалов весны

 – Врать меньше будешь! За девками бегать перестанешь в рабочее время! Пу И бросать не посмеешь!

И она удалилась, гордясь, что сумела оставить за собой последнее слово. Леня остался сидеть в скорбной позе, обхватил голову руками. Немного погодя по ноге его скользнул пушистый хвост и раздалось тихое «мяу». Это Аскольд пришел проведать хозяина.

– Аскольдик, – пожаловался Маркиз, взяв кота на руки, – но ты-то хоть мне веришь?

Кот поглядел с сомнением, и Леня совсем упал духом.

Лене снилось, что он проходит таможенный досмотр.

– Снимай немедленно! – кричит человек в форме и силой стаскивает с него одежду.

– Прекратите! – верещит Леня, пытаясь натянуть пиджак обратно. – Прекратите, я боюсь щекотки! Я буду жаловаться в Гаагский международный трибунал! В общество Красного Креста! В общество защиты животных!

Но таможенник, пыхтя и почему-то повизгивая, тащит Ленин пиджак на себя.

– Прекратите! – еще раз вскрикнул Леня и проснулся.

Пу И, пыхтя и повизгивая, зубами стаскивал с него одеяло и уже до половины стянул его на пол.

– Пу И, паршивец, что ты себе позволяешь! – простонал Леня и сел на кровати.

Сна уже не было ни в одном глазу.

– Ладно, раз уж я все равно проснулся, пойдем погуляем, – неохотно согласился Маркиз. – Заодно купим Лолке к завтраку свежих круассанов. Она вчера была не в духе, и немножко задобрить ее не помешает.

Пу И всеми доступными способами выразил свое согласие.

Однако, когда Леня, взяв его под мышку, вошел в кондитерскую, Пу И ясно дал ему понять, что без хорошей порции орехового печенья он не доживет до следующего утра.

– Какой же ты все-таки эгоист! – строго проговорил Леня. – Вот почему ты так радостно поддержал поход за круассанами! Ну ладно, купим твое печенье, но только совсем немного. Тебе давно пора подумать о здоровом образе жизни. У тебя явно намечается лишний вес.

Пу И обиженно заскулил. Говорить при его крошечных размерах о лишнем весе было по меньшей мере бестактно: он весил всего-то килограмма полтора, а если уж быть совсем точным – кило четыреста пятьдесят без ошейника.

Леня встал в очередь.

Рядом с ним остановился мордатый тип с синей наколкой на запястье. Наколка изображала пронзенную стрелой репу в окружении трогательной надписи: «Не забуду Нюсю Гаврикову».

Слегка покачнувшись, поклонник Нюси Гавриковой задел Леню и едва не уронил Пу И.