Восемь обезьян

Теперь же… как случилось, что Надежда приняла Элку за молодую девушку?

Приглядевшись к ней, Надежда поняла, что никакого чуда не случилось, лицо Тихоструевой вполне соответствовало ее настоящему возрасту, мягко говоря, «за тридцать», но фигура у нее была как у двадцатилетней, а самое главное – блеск в глазах и легкие, словно танцующие движения. Элка стала даже выше ростом… ах да, это же каблуки, и спина прямая…

– Элка, ты ли это? – воскликнула Надежда в изумлении.

– А что? – Тихоструева удовлетворенно улыбнулась и подбоченилась.

– Не то слово!

Надежда Николаевна была женщина невредная, и ей ничего не стоило то, что для некоторых других женщин нож острый: сказать старой знакомой заслуженный комплимент.

– Как тебе это удается? – спросила она с искренней завистью. – Мы ведь с тобой примерно одного года?

– Все очень просто! – Глаза Элки сияли от удовольствия. – Несколько лет назад я начала ходить на милонгу…

– Куда? – удивленно переспросила Надежда.

Она представила себе что-то вроде экзотического восточного единоборства или тяжелого рабского труда на плантации сахарного тростника.

– Милонга – это школа танго! – пояснила Тихоструева и встала в танцевальную позицию.

Какой-то парень едва не налетел на нее, но вовремя отскочил, а Элка, не обратив на него внимания, тут же поменяла позу.

– Ах, танго! – Надежда снова окинула взглядом фигуру бывшей сослуживицы. Вот откуда эта грация!

– Да, и я так втянулась, что теперь веду свой кружок.

Надежда хотела сказать, что ей некогда, что ей не до танцев, что ее ждет дома голодный кот, а скоро и муж вернется с работы, но Тихоструева уже подхватила ее, как ветер подхватывает осенний листок, и вела к какому-то подъезду.

– А как вообще ты оказалась в нашем районе? – спросила по пути Надежда. – Раньше ведь ты жила не здесь… кажется, в Купчине?

– Ну да, в Купчине, а потом мы разменяли квартиру, дочка переехала на Гражданку, а я – сюда… вот мы и пришли!

– Элла, но я не могу, мне нужно идти… – вяло сопротивлялась Надежда, но от Элки исходила такая мощная энергетика, что ей было невозможно сопротивляться.

Тем более что в глубине души Надежде и самой было любопытно, какая волшебная сила могла так удивительно преобразить ее былую сослуживицу.