Юлька, я и карантин

Вот и в этот раз бабушка предложила мне сыграть на деньги. Она даже сказала, что я наверняка ее обыграю, потому что, когда есть, что терять, играешь лучше. Я уже собирался снова отказаться, как вдруг мне в голову пришла ошеломляющая мысль.

– Бабушка, – сказал я. у тебя, наверное, очень маленькая пенсия, поэтому ты хочешь выиграть немножко денег?

Бабушка молча уставилась на меня, а потом расхохоталась. Я покраснел и поспешил добавить:

– Ты не подумай, мне совсем не жалко. Если хочешь, я буду проигрывать тебе все свои карманные деньги, чтобы тебе хватало.

Бабушка улыбнулась и потрепала меня по волосам. И сказала, что у нее самый лучший внук на свете. И пенсия у нее тоже хорошая, ведь она ветеран Труда.

Тут я вспомнил про бабушкины фотоальбомы. У бабы Томы было много фотоальбомов с черно-белыми фотографиями, которые она мне раньше часто показывала. И рассказывала истории о своих путешествиях. О том, как ездила в Москву и ела мороженое в ресторане “Седьмое небо”, который был на крыше какой-то высокой башни.

Еще гуляла по Красной площади и пила минеральную воду.

А несколько раз она ездила в Волгоград и видела Родину-мать. И даже вроде была заграницей где-то в Прибалтике. А в путешествия она ездила с большой-пребольшой группой в сорок или пятьдесят человек, и они фотографировались на фоне разных знаменитых мест. Потом получались большие черно-белые фотографии, на которых мне надо было найти молодую бабушку среди всей этой толпы.

Поначалу было трудно, но потом я сразу стал узнавать ее среди десятков лиц. У нее в молодости были пышные черные волосы. А вот глаза были те же самые – со смешинками. Может, поэтому я ее так быстро находил. Больше ни у кого на этих фотографиях не было видно смешинок.

Вот и в этот раз я попросил бабушку показать мне свои альбомы. Она очень обрадовалась, достала стопку зеленых и темно-синих альбомов из шкафа, и мы долго-долго рассматривали все фотографии. И бабушка снова рассказывала мне те же самые истории.

Потом она спросила, не скучно ли мне слушать одно и то же много раз. А я честно ответил ей:

– Совсем даже не скучно. Мне спокойно, потому что, когда в истории ничего не меняется, я знаю наверняка, что все именно так и было. А когда детали меняются, то мне становится грустно.

Бабушка внимательно посмотрела на меня и отложила альбом в сторону.

– О чем это ты говоришь, Костик? – спросила она.

– О папе.