Венец скифского царя

Скоро пламя охватило весь помост, и тогда Артаз снова величественно взмахнул рукой.

Сыновья повелителя бросились в погребальный костер, как в ледяную воду. Они с двух сторон карабкались по пылающим дровам, закрывая лица от пламени. Один из них, Арнабад, запахнул лицо краем плаща, защищая глаза, и вслепую шарил в огне рукой, пытаясь дотянуться до отцовского чела. Второй, Кемерис, казалось, не чувствовал пламени. Он раздвигал огонь, как колючий кустарник, и приближался к повелителю.

И тут горящие дрова у него под ногами разъехались, и Кемерис по пояс провалился в бушующее пламя.

В рядах его приближенных раздался горестный вопль.

Тем временем Арнабад дотянулся до венца на голове мертвого владыки, схватил раскаленный обруч, не замечая боли в обожженной руке, и тут же метнулся назад, вывалился из пламени и упал на землю рядом с помостом.

Его молодой оруженосец подскочил, набросил на царевича свой плащ, сбил жадные языки огня. Кто-то из слуг поднес победителю ковш вина. Царевич жадно выпил, поднялся на ноги и поднял над головой отцовский венец.

Кемерис безуспешно пытался выбраться из огня, но никто не смел ему помочь, никто не смел нарушить древний обычай. Наконец он издал крик, полный страдания, и замолк.

Старый Артаз подошел к Арнабаду, взял у него из рук венец и возложил на голову царевича.

– Боги сделали свой выбор! – провозгласил он торжественно. – Мы обрели нового владыку!

Пантелеич, по обыкновению, сидел на шаткой табуретке перед входом в гараж, подставив солнцу свое широкое лицо, когда перед ним остановилась черная машина с забрызганными грязью номерами.

Передние дверцы машины одновременно открылись, из нее выбрались на тротуар два человека в одинаковых кожаных куртках. Один был наголо выбрит, голову второго украшал жесткий рыжеватый ежик волос. У рыжего было такое выражение лица, будто он за что-то смертельно обижен на весь окружающий мир, у бритоголового – будто этот самый мир что-то ему задолжал.

– Ты, что ли, Пантелеич? – осведомился бритый.

– Предположим, что я.

А вы, ребятки, кто такие и зачем пожаловали? По делу или так?

– Поговорить надо. – Бритоголовый осмотрелся по сторонам.

Пантелеич внимательно оглядел незнакомцев. Сразу видно, неприятные ребята, даже опасные – но при его бизнесе нельзя быть чересчур разборчивым.

– Поговорить? Отчего не поговорить! – Пантелеич поднялся с табуретки и вошел в гараж. Гости последовали за ним.

– И о чем же вы, ребятки, хотите поговорить? – осведомился Пантелеич.