Укол китайским зонтиком

Переведя дыхание, Надежда подошла к зеркалу и внимательно оглядела себя.

Кроме крови на руках она заметила довольно большое пятно на рукаве халата и еще одно – на юбке.

Хорошо, что ее не застали в таком виде около трупа!

Она тщательно отмыла руки, замыла пятно на одежде и просушила ее бумажными полотенцами. Халат она скатала в небольшой комок и засунула в мусорную корзинку, прикрыв мокрой бумагой. Причесалась и заново накрасила губы. Руки дрожали, и помада легла неровно, но Надежда решила оставить как есть.

Еще раз оглядев себя и не найдя в своей внешности больше ничего компрометирующего, она подошла к двери и прислушалась к доносящимся из-за нее звукам.

Из коридора доносились озабоченные, взволнованные голоса, кто-то уже распоряжался авторитетным уверенным голосом, какая-то женщина плакала.

Надежда осторожно приоткрыла дверь, выглянула в коридор.

Возле открытой двери лифта стояли несколько человек. Все они смотрели на труп, ни на что другое не обращая внимания.

Ее никто не заметил, и она тихонько спустилась на первый этаж.

По дороге ей никто не встретился, и Надежда приободрилась. Ей оставалось пройти совсем немного, а там – дверь на улицу, свобода и безопасность… Она уже видела в широком окне знакомый переулок и мостик с грифонами…

И там, рядом с мостиком, она увидела знакомый серый «Опель».

Следовательно, у нее не паранойя, за ней действительно следят. Да еще так ловко, она-то думала, что ушла от слежки. Стало быть, этот, в сером «Опеле», профессионал, может, у него какие-то приспособления есть, маячок там или еще что…

Как бы то ни было, сейчас самым главным было незамеченной выйти на улицу и уйти как можно дальше от этого здания.

Однако, когда Надежда уже подходила к выходу, ее остановил мужчина в черной униформе с нашивкой «Служба безопасности» на рукаве.

– Женщина, вы куда? – спросил он строго.

– Как – куда? – растерялась Надежда. – Я свои дела закончила и ухожу. А в чем, собственно, дело?

– Дело в том, что в здании совершено преступление, и мы получили приказ никого не выпускать.

– Как – не выпускать? – возмутилась Надежда.