Тройные неприятности

Потом она написала второй, и началось унизительное хождение по издательствам. Терпения Ирине было не занимать, но и оно подходило к концу. А потом один старый приятель нашел ей толкового литературного агента, и дело пошло на лад. Теперь нужно очень много работать, чтобы читающая публика запомнила имя начинающей писательницы детективного жанра Ирины Снегиревой.

Катерина весной уехала за границу – путешествовать, набираться впечатлений. Ей обязательно это было нужно для работы, ведь Катя – художник. И вот когда появились свободные деньги, Катерина бросила все и уехала в Европу бродить по музеям и осматривать достопримечательности.

От нее изредка приходили восторженные письма.

Ирина с Жанной за время Катиного отсутствия общались не часто. Жанна была деловой преуспевающей женщиной – нотариусом, много работала. Ирина же в силу своей деятельности сидела в четырех стенах в собственной квартире и тоже много работала.

Водитель, немолодой дядечка весьма скромной наружности, оглянулся на своих пассажирок, его насторожило их долгое молчание.

Ирина внезапно осознала, как она соскучилась по Катьке. Словно в ответ на ее немые мольбы, пробка впереди рассосалась, и водитель плавно тронул машину с места.

– Вот видишь, – сказала Жанна в аэропорту, – ее самолет только полчаса назад как приземлился, у нас еще куча времени, наша тетеха как всегда в самом конце.

Однако она ошибалась. Народу в зале прилета было много, прибыли сразу три самолета. Не успели Жанна с Ириной пробиться через толпу встречающих, как увидели Катьку, которая стремительно выкатилась из таможенной зоны вместе с тележкой, заполненной багажом.

Сверху лежал большой ярко-синий пластиковый чемодан, который так и норовил соскользнуть на пол. Ирина приветственно подняла руку, но в это время Катьку заслонил от них высокий худощавый брюнет.

Жанна принялась протискиваться сквозь толпу, энергично работая локтями. Ирина шла в кильватере, раздавая налево и направо вежливые улыбки и извинения. Они вынырнули на свободное пространство и увидели, что Катерина занята беседой с высоким худощавым брюнетом.

Брюнет был достаточно молод, лет тридцати, как навскидку определила Ирина, хорошо подстрижен и одет в бежевые брюки и светлую замшевую жилетку. Катька улыбалась, прижимала руки к сердцу и мотала головой.

– Катька! – закричала Жанна, и тогда Катька наконец соизволила заметить подруг. Она всплеснула руками, вскрикнула и рванулась к ним, по дороге чуть не сбив брюнета тележкой с багажом.