Три ангела по вызову

Мопс залаял еще громче и сделал вид, будто собирается укусить Жанну за ногу.

– Но-но! – прикрикнула Жанна скорее не на него, а на хозяйку. – Статью двести четвертую Гражданского кодекса знаете?

Мопс закашлялся, вошел вместе с хозяйкой в лифт и уехал вниз.

Жанна еще раз нажала на звонок.

Из-за двери донеслась мелодичная трель, на которую по-прежнему никто не отозвался.

– Вот паразит, – прошипела Жанна, непонятно к кому обращаясь.

Она для порядка пнула дверь ногой…

И та слегка приоткрылась.

– Это еще что за новости? – Жанна отворила дверь чуть шире и заглянула в образовавшуюся щель.

Профессиональная осторожность дипломированного юриста требовала немедленно закрыть дверь и уехать восвояси. Но врожденный кавказский темперамент, вчерашняя кровная обида и чисто женское любопытство толкнули ее вперед.

Она проскользнула в прихожую и медленно двинулась в глубину квартиры.

Квартира была приличная – огромный холл, плитка под старину, бронзовые светильники на стенах, все говорило о солидных доходах и немалых возможностях хозяина.

Обитатели таких квартир не уходят из дома, оставив дверь открытой.

– Эй, кто здесь есть? – негромко окликнула Жанна.

Теперь она начала испытывать некоторое беспокойство, и уже готова была повернуть обратно, когда вдруг, за краем полукруглой арки, увидела мужскую ногу в клетчатом тапочке.

«Все ясно, – подумала она, продолжая двигаться вперед. – Господин Цыплаков задремал за газетой и не запер дверь… Ну ладно, я уж позабочусь, чтобы его пробуждение не было приятным!»

Она прибавила шагу, приводя себя в боевое настроение, и прошла через арку, оказавшись в просторной кухне.

От клетчатых тапочек взгляд поднялся к вельветовым домашним брюкам, к рыхловатому крупному телу, втиснутому в бежевый свитер… Жанна зажала рот, чтобы не закричать. Хотя она была женщина бывалая, видавшая виды и спокойно принимавшая уродливые гримасы действительности.

Господин Цыплаков полусидел в легком металлическом кресле стиля хай-тек.

И все было бы хорошо, да вот только на голову ему был туго натянут полиэтиленовый пакет. Тоненькая прозрачная пленка, сквозь которую вполне можно было разглядеть лицо несчастного Владимира Васильевича. И он, должно быть, какое-то время мог смотреть сквозь нее. А вот воздух сквозь эту пленку не проходил. Что и привело к преждевременной и мучительной кончине Цыплакова, случившейся, судя по всему, совсем недавно.