Тайна тринадцати апостолов

У них там полная компьютеризация. Потом приятеля в военкомате от призыва отмазал. Когда узнали, в школе ругались, конечно, но замяли дело. А в военкомате… сами понимаете. Короче, срок на нем условный висит. Так что к нам его привезти никак не получится, да он и сам не поедет.

– Боится?

– Да не то чтобы боится, он, как все программеры, маленько того, – по-свойски отвечал Николай, повертев пальцем возле виска, – так что ничего не боится, но здорово нас не любит. Но если по-хорошему попросить, то не откажет.

– Ну ладно, съезди к нему, только я ничего не слышала и тебе не говорила, – вздохнула Ленская, – может, толк какой будет. А то просто и не знаю, за что зацепиться…

Николай на бегу обернулся удивленно – чтобы майор Ленская пребывала в такой нерешительности? Да быть того не может! Не такой она человек…

А Ленская отправилась на поиски реставратора Старыгина. Искать его следовало в мастерской, потому что Ленская хотела с ним поговорить неофициально, в спокойной обстановке, надеясь, что так он будет сговорчивее.

Память у Александры Павловны была феноменальная, причем на все – на лица, на фамилии, на места и даже на книжные цитаты. Так что если посетила она какое-то место, то обязательно найдет дорогу туда в следующий раз. Посему Александра Павловна прикинула, как дойти до мастерской как можно быстрее, крикнула коллегам, чтобы ее не ждали, и отправилась к Старыгину.

Однако по пути оказалось, что несколько залов закрыты, так что пришлось их обходить. По дороге Ленская затесалась в толпу экскурсантов, и толстый швед с красной физиономией и волосами, зализанными на лоб, наступил ей на ногу, да так сильно, что она едва сдержала стон.

Швед многословно извинялся по-английски, Ленской с трудом удалось от него отвязаться. Нога, однако, при ходьбе болела, Ленская с трудом сдерживалась, чтобы не хромать.

Наконец она нашла нужную лестницу и поднялась наверх. Но дверь в служебный коридор была заперта, так что пришлось ждать, когда оттуда вышла женщина с кипой бумаг. На Ленскую она не обратила внимания, та проскользнула внутрь, радуясь, что мастерская уже близко.

Нога болела все сильнее, Ленская даже начала беспокоиться, не сломала ли она палец. Перед последним поворотом она настроилась на рабочий лад и забыла о ноге.