Тайна чертова камня

 – Это динамит, а не баба… за ее вредность мне молока положены страшные центнеры!

Надежда Николаевна наклонилась, чтобы помочь участковому. Она подняла какие-то разграфленные листки с цифрами, квитанцию с лиловой печатью и черно-белую фотографию.

На этой фотографии был изображен мертвый мужчина, лежащий навзничь на железнодорожной насыпи. На виске покойника чернела неровная рана, еще одна рана виднелась под подбородком – в том месте, где завязывают узел галстука. Рана эта была небольшой, но страшной – ясно было, что именно она стала причиной смерти.

Глаза мертвого были полуоткрыты и смотрели куда-то вверх с тем особенным выражением, какое бывает только у мертвецов, – как будто этому человеку внезапно открылось что-то очень важное, но теперь уже и это не имеет значения.

Рука Надежды вздрогнула.

Она узнала этого человека.

Неуклюжая фигура, лысина, обрамленная венчиком темных волос… Это был тот самый человек, которого преследовала в метро женщина в двухсторонней куртке.

– Вы чего? – Николай заметил произошедшую в ней перемену.

– Вот… – Надежда протянула ему фотографию.

– А! – Николай с пониманием вздохнул. – Да, неприятная история… выкинули мужика из поезда, ни документов, ни вещей. Попробуй опознай при таком раскладе… разослали всем участковым в окрестностях и по линейной службе – на предмет опознания.

– Где это случилось? – спросила Надежда деревянным голосом.

– Да неподалеку, на перегоне от Суоярви до Яковлева. Потому и мне прислали, что недалеко… а вы что – не знакомого ли признали? – Глаза участкового блеснули.

– Нет… – поспешно открестилась Надежда, вспомнив строгий наказ мужа – держаться подальше от всякого криминала и ни в коем случае не ввязываться ни в какие подозрительные истории. Да и в самом деле, разве она знала этого человека? Видела один раз в жизни, да и то почти мельком, даже имени его не знает…

– Неприятная история! – мрачно проговорил Николай, застегивая свою планшетку.

– С каких пор? – заинтересовалась Надежда.

– Что? – Николай встряхнул головой, словно проснулся. – Да нет, это я так, про свое… в общем, неприятная история! – повторил он.