Снежная Королева

Только через минуту, сбросив скорость и трясясь на ухабах, она осознала, что здесь, на проселке, может избежать встречи с таинственным и явно опасным Аббасом. И вообще, от «Опеля» нужно как можно скорее избавляться.

– Сейчас… свернешь направо… – сквозь зубы, с трудом выговаривая слова, произнес ее попутчик. Тряская, неровная дорога выжимала из него последние капли жизни, и он из последних сил пытался удержать ускользающее сознание.

Вправо уходил заросший пожухлой травой проселок. Она не раздумывая свернула на него, и через несколько минут впереди из темноты выступили очертания большого сарая.

– Ты живой еще? – спросила с чисто житейским интересом.

– Пока да, – прохрипел тот, – но ты не волнуйся, это ненадолго. Возьми… возьми чемодан… а главное – бумагу в бардачке… не хочу, чтобы им это досталось.

Лера снова подумала, что он бредит, но его спокойное, мужественное отношение к собственной смерти произвело на нее впечатление, и она, перегнувшись назад, достала из автомобильной аптечки бинт и вату.

– Сейчас… – проговорила, разрывая упаковку. – Сейчас я тебя перевяжу… Ничего, оклемаешься!

– Перевяжешь? – Мужчина хрипло засмеялся, и из его горла брызнула темная кровь. Он закашлялся, прикрыл единственный глаз и едва слышно прошептал:

– Все, абзац, отбегался Затвор! Никакие перевязки мне не помогут. Говорю тебе, возьми бумагу и сваливай отсюда, пока Аббас тебя не нашел! Только прошу… из этих денег помоги Аньке! Запомни – Анна Сенько… Тополевая десять, шестая квартира… помоги Аньке, слышишь! Не то с того света тебя найду!

– Из каких таких денег? – проворчала Лера, наклонившись над раненым и прикидывая, как перевязать его лицо, которое все было одна сплошная рана.

Вырвать ее уже не вырвет – нечем. Надо помочь ему. Он попытался что-то ответить, но закашлялся, из горла снова брызнула кровь, окропив ей щеку, он судорожно дернулся и вдруг обмяк, как будто разом успокоился.

– Ты живой? – опасливо проговорила Лера, немного отстранившись, чтобы еще больше не перепачкаться кровью. Тут она увидела его единственный широко открытый глаз и поняла, что задавать вопросы бесполезно. Этот глаз смотрел на нее уже с другой стороны, с того берега, откуда не возвращаются.

– Чтоб тебя… – пробормотала она, задом выбираясь из машины.