Слеза Бога

Ежик понял, что намерения ее серьезны, и решил подключить к делу водные процедуры, то есть собрался со вкусом поплакать. Этого ни в коем случае нельзя было допустить – он разревется до истерики, до колик, до икания, потом его будет не успокоить, в конце концов они опоздают на занятия и она не попадет в издательство. А завтра может быть поздно, перевод перехватят – такой работы мало, а желающих много. А деньги нужны катастрофически.

Юля взяла сына на руки, затормошила его, подула в ушко, сняла губами со щеки набежавшую слезинку, при этом тараторила без умолку, заговаривая его плохое настроение, усталость после непродолжительного сна, болезнь… В голове всплывали обрывки стихов, детские песенки и считалки-прибаутки, которые рассказывали нашим бабушкам их бабушки, заговаривая детям боль и страх.

Все прошло. Ежик раздумал плакать и счастливо заулыбался, а Юля потащила его в ванную умываться. Он заупрямился было, так как хотел идти сам:

– Мамочка, я же теперь хожу!

И у Юли привычно екнуло сердце.

Господи, как он там ходит? По стеночке, хуже, чем годовалый ребенок, а ведь ему уже больше трех… Она тут же одернула себя – все могло быть гораздо хуже, все-таки налицо несомненный прогресс. Но вдруг он так и останется таким?

– Мамочка, тебе больно? – Сын тотчас отреагировал на ее мысли.

– Нет, милый, – сказала Юля, отвернув лицо, – просто нам надо торопиться, иначе я не успею на работу.

Ежик надулся – он не любил, когда она уходила.

В прихожей никого не было, на кухне тоже, из Лешкиной комнаты доносился мощный храп.

– Это на улице мотор работает? – тут же спросил Ежик. – Какая машина?

– Не знаю. – Юля пыталась не рассмеяться.

Сын посмотрел свысока – что с тебя, с женщины, возьмешь? Ясно, что в машинах не разбираешься.

На улице было прохладно и пасмурно – начало октября. Юля достала из шкафа плащ и заметила, что на нем пятно, – ну да, наверное, Ежик ногами запачкал. Переодеваться было некогда, да и не во что.

Реабилитационный центр, к счастью, находился неподалеку – всего две остановки, они прекрасно пройдут пешком.

Юля посадила сына в коляску, пообещав, что купит мороженое. В доме не было ни крошки еды, мороженое будет вместо завтрака. Разумеется, вредно, но Ежик сразу повеселел.

В лифте к ним подсела Валентина с нижнего этажа.

– О, привет! Вы вернулись? – она подмигнула Ежику. – Загорели как, посвежели. Мужика там не завела?

Это были обычные Валькины шуточки, так что Юля только отмахнулась.