Русалку за хвост не удержать

Что там случилось с тем типом на заправке, нас больше не должно волновать.

Именно с такими намерениями Леня приехал к Саломее Леонардовне, именно с такими намерениями позвонил в ее дверь.

За дверью раздалась соловьиная трель, и старушка тут же открыла, как будто уже ждала Леню на пороге своей квартиры.

– Ах, Леонид, это вы! – радостно воскликнула она. – Ну, расскажите же мне, как все прошло! Дневники у вас?!

Леня хотел сразу же все объяснить и поставить жирную точку в их отношениях, но Саломея Леонардовна всплеснула руками, подхватила его под руку и повлекла в комнату, щебеча:

– Что же это я, сразу с вопросами… Прямо на пороге… Вы с дороги, у вас была трудная ночь, а тут я со своим эгоизмом… со своим нетерпением… Пойдемте в комнату, я сварю вам кофе! Настоящий турецкий кофе, какой варили в Стамбуле пятьдесят лет назад…

Леня пытался вставить хоть слово, но Саломея Леонардовна замахала руками и, прижимая палец ко рту, повторила:

– После, после! Сначала кофе!

В конце концов Леня сдался, сел за стол и мрачно уставился в бархатную скатерть, мысленно подбирая слова, чтобы объяснить хозяйке дома, что у него ничего не получилось и он отказывается от дальнейших попыток.

Наконец, она появилась с серебряным подносом, на котором дымились две крошечные чашечки.

– Кумир мой, кумир мой! – пропела Саломея, поставив перед Леней чашку и придвигая ему вазочку с печеньем.

Леня перестал уже чему-либо удивляться, не шарахнулся от старухиного пения в сторону и не расплескал кофе.

Напиток был действительно хорош – крепкий, горячий и сладкий, каким и должен быть настоящий кофе.

Леня выпил его маленькими глотками, отставил чашку и поднял глаза на хозяйку.

Она сидела, молитвенно сложив руки.

– Ну как? Дневники у вас?

– Нет, – Леня покачал головой и достал из кармана конверт, – вот ваши деньги…

– А в чем же дело? – горестно проговорила Саломея Леонардовна. – Этот человек не пришел?

– Он пришел. – Леня положил конверт на стол и подтолкнул его к хозяйке.

– Отчего же? – в голосе пожилой дамы прозвучало недовольство. – Ведь он сам назвал цену…

– Понимаете, – Леня проникновенно взглянул на Саломею, – наша сделка сорвалась по очень серьезной и уважительной причине.

– Не понимаю, какая может быть причина, – хозяйка обиженно надулась, – Леонид, мне вас очень хорошо рекомендовали, а вы, я вижу, не справились…

– Причина серьезнейшая, – продолжал Маркиз. – Это Смерть!..