Серенада для шефа

Можно еще «Мастера и Маргариту» или Гоголя «Ночь перед Рождеством».

– Гоголя я не пробовал.

– Попробуйте, я поищу у Алены сейчас.

– Это ваша дочка там на фотографии?

– Да, и зять, а вы думали, что я старая дева?

– Нет, но…

– Думали, думали! Еще бы: одинокая, вся в работе, да еще и с котом. Кота этого Аленка в позапрошлом году у алкаша какого-то за трешку купила. Я была против, тесно у нас, так она сама его вырастила. Заморенный такой был котенок, а теперь полдивана занимает. Что жмуришься, про тебя говорят, разбойник рыжий.

– А вы?

– И я, конечно, да у нее теперь своя семья. Нашла себе курсанта-моряка и выскочила замуж, он учебу закончил, теперь они в Северодвинске. К весне должны приехать, я бабушкой стану.

– А жить где?

– Родители хлопочут перевод ему и жилье. Тут уж теперь только мы с Бейсиком будем жить.

У него на языке вертелся еще один вопрос.

– Что, еще про мужа хотите спросить? Давно мы с ним не виделись, с Аленкиной свадьбы.

Потом они пили чай с абрикосовым вареньем, смотрели телевизор и рано улеглись спать, каждый в своем углу. Надежда вырубилась мгновенно, но проснулась среди ночи. Она взглянула на будильник: три часа. Сан Саныч лежал на спине совершенно неподвижно и смотрел в потолок. В глазах, казавшихся совсем черными в полутьме, стояла какая-то мука.

– Сан Саныч, что с вами? Саша! – она сама не заметила, как оговорилась. Едва накинув халат и подбежав, она тронула его за плечо.

– Простите меня, я вас напугал. Пока жена болела, я совсем спать разучился. В это время, как раз с трех до пяти, она меня несколько раз будила, а я не могу так: то засыпать, то просыпаться, я совсем не спал. Вот с тех пор так проснусь ночью и жду, что она позовет или застонет, ничего не могу поделать. А сейчас еще мысли всякие в голову лезут по поводу следствия.

Надежда представила, как он лежит так каждую ночь совсем один в темноте и с тоской ждет и ждет, когда пройдет время, и под утро наконец засыпает, а потом надо вставать на работу, и длинный гнусный день, и на работе неприятности… с ума сойти можно! Она погладила его по голове, он повернулся на бок и прижался щекой к ее руке, как ребенок.

«Спокойно, – сказала себе Надежда, – спокойно, он пришел сюда не за этим.