Сафари на гиен

А когда подросли они, то она нового мужа себе нашла. Я его не знала, но рассказывали, что серьезный был человек, хозяйственный. Построил ей дачу своими руками, квартиру обиходил. Дочка замуж вышла, Сталине зять не понравился. Стали они с зятем ругаться, ушли молодые к тем родителям жить. Стало спокойно, просторно в квартире четырехкомнатной, а Сталина уже в раж вошла, остановиться не может, начала она с мужем ссориться.

– Чего ей от всех надо было?

– Не знаю, такой уж характер. В общем, выжила она мужа, уехал он куда-то в деревню.

– Правильно, и Стебельков из Мамина то же самое говорил.

– Ну, потом там опять начались с зятем разборки, а в последнее время все с сыном ссорятся. У сына девушка, а Сталина против.

– В понедельник пойду к ней домой, с родственниками поговорю, с соседями. На мужа в Новгородскую область запрос уже послал. Вот и с директрисой непонятно. В школе ее не больно-то любили, но из-за этого же не убивают? А дома говорят, что Тамара Алексеевна золотой человек была, всю себя отдавала детям.

Прямо хоть в рамочку вставляй!

Надежда встрепенулась:

– Как ты сказал? Тамара Алексеевна? А живет она где?

– На Петроградской.

– Улица Рентгена, дом двадцать восемь?

– Точно, а что?

– Слушай. А я ведь ее, кажется, тоже знала. Тамара Алексеевна Калмыкова?

– Нет, Стаднюк.

– Ну да, это у нее по мужу фамилия.

– Да нет у нее никакого мужа!

– Сейчас нет, а раньше был, это давно было и недолго.

Зачем она его фамилию оставила? Ну, ее дело. А я с ее сестрой Лерой в одном классе училась. А Тамара нас старше была лет на пять, она активисткой была, сначала пионерской, потом комсомольской, нас в пионеры принимала.

– И давно ты с сестрами виделась?

– С Тамарой, считай, с окончания школы не встречались, а с Лерой изредка перезванивались, она со своей семьей отдельно живет… Ох, погоди, что-то она говорила, у Тамары характер, мол, стал тяжелый, мать держит в строгости.

Отец-то у них давно умер, а у матери какой-то давнишний поклонник, так Тамара ему даже не разрешала у них дома бывать. Мать с ним только в скверике могла встречаться, и то только когда Тамара не видела.

– А сколько же лет поклоннику?

– Да уж не меньше, чем Тамариной матери, а ей семьдесят точно есть. Тамаре сколько было?

– Сейчас посмотрю. Так с какого она года? Вот, получается, что ей исполнилось бы пятьдесят два, как и вашей Сталине.