Побег из гламура

Кому позвонить?

Маме? Нет, ни в коем случае! Она сойдет с ума от страха, а ведь у мамы слабое сердце! Да ведь мама сейчас не в Москве, а отдыхает в Карловых Варах, все равно она ничем не поможет.

– Позвони мужу на работу, твой голос там знают, – подсказала Татьяна, сообразив по Катиному лицу, что все опять плохо.

Снова позвонить Стасу Мельникову?

Катя вспомнила, что именно после прошлого звонка Стасу на дороге появился зловещий черный «лексус». Этот звонок стоил жизни молоденькой брюнетке из поселка Вяжищи.

Еще Катя вдруг вспомнила, как главный бандит, которого никто уже не назовет лейтенантом Смородиным, упоминал про какого-то заказчика. То есть это значит, что ее остановили не случайные охотники за дорогой машиной, это значит, что кто-то велел «лейтенанту Смородину» убить именно ее, Катерину Неверову.

Виски пронзила внезапная боль. Неужели таинственный заказчик – это Стас Мельников? Стас, которого она знает так давно, которому безоговорочно доверяет Виталий, которого он считает не за сотрудника, а почти за друга! Ведь как только она объявилась, тут же приехал черный «лексус» и задавил девчонку, приняв ее за Катю.

И он не дал ответа на вопрос, где же находится Катин муж и отчего молчит его мобильник. Катя постаралась заставить себя думать, несмотря на терзающую виски боль.

Если она позвонит Ирочке, секретарше мужа, о звонке все равно сразу же станет известно Стасу. Стало быть, в банк звонить нельзя, тем более что больше она ничьих телефонов не помнит. Подруги, друзья? Самым лучшим Катиным другом за последние два года был муж, они много времени проводили вместе, поэтому подруги как-то отошли на второй план. Но ведь ей нужно добыть хоть сколько-то денег, чтобы отдать Татьяне и добраться до дома.

– Ну? – холодно спросила Татьяна.

– Я номер забыла… – пробормотала Катя севшим голосом.

– Какой банк? – Татьяна тянула из ее рук мобильник. – Сейчас узнаем…

– Нет-нет… – Катя попятилась, – в банк звонить нельзя… они узнают, где я… эта машина, – она кивнула в окно, – она оттуда, они хотят меня убить…

– Та-ак, – протянула Татьяна, – правильно говорят, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным.