Приворотный амулет Казановы

– Господин Иваныч велел этот ковер вашему хозяину отдать! – сообщил Мустафа вышедшей навстречу худенькой раскосой девушке. – Вот еще письмо велел передать.

– Хорошо, – девушка грациозно поклонилась, взяла письмо и куда-то удалилась.

Через несколько минут в комнате послышались чьи-то легкие шаги. Через дырку в ковре Полина увидела миниатюрного худенького старичка.

– Можешь идти, – сказал он Мустафе, и тот не заставил его повторять дважды.

Едва дверь за гастарбайтером закрылась, старичок подошел к ковру и проговорил:

– Можешь вылезать.

Полина завозилась внутри ковра, потом сообразила перекатиться, и через полминуты выбралась на свободу. С трудом поднявшись на ноги, она отряхнулась, поправила волосы и огляделась по сторонам.

Она находилась в помещении химчистки. Об этом говорили полки и вешалки с одеждой, уже вычищенной или дожидающейся очереди, барабаны стиральных машин и еще какие-то устройства непонятного назначения. Также об этом говорил большой плакат на стене, рекламировавший химчистку «Нефритовая панда».

Перед собой Полина увидела маленького старичка в чистеньком светлом костюме, с безмятежным бело-розовым лицом старого ребенка. Единственное, что нарушало этот идиллический образ, была черная шелковая повязка, закрывавшая один глаз.

Полина откашлялась и смущенно проговорила:

– Здрассте… я Полина, а вы, наверное, друг Иваныча, господин Мун…

– Ну, вообще-то меня зовут по-другому, – ответил старичок. – Но мое настоящее имя ни русские, ни китайцы не могут выговорить, вот и называют Муном.

– Так вы, значит, не китаец… – Полина быстро заморгала. – А я думала…

– Азия большая, – с легкой обидой в голосе проговорил старичок, – не все желтые – китайцы. Я вот, например, вьетнамец.

– Но вы с Иванычем друзья…

– Друзья, друзья! – закивал господин Мун. – А друзья должны друг другу помогать. Господин Ли Ван Чи мне часто помогал, теперь – моя очередь…

– Спасибо! – оживилась Полина. – Понимаете, мне нужно где-то спрятаться и пересидеть, пока я не выясню, кто меня подставил…

Господин Мун поднял руку:

– Стой! Не говори лишнего.

Он хлопнул в ладоши, и из неприметной двери в глубине помещения появилась маленькая пожилая восточная женщина, чем-то неуловимо похожая на господина Муна.