Погоня за тремя зайцами

– Давайте, я помогу вам выбраться, – проговорил мужчина ее мечты и, заботливо подхватив безвольное, растерянное, хлопающее глазами существо, буквально вытащил его из машины. Руки незнакомца были сильными и горячими.

– Что же все-таки случилось с вашей машиной? – повторил он участливо, окидывая взглядом Жаннин «мерседес». – Вроде бы новая, неужели отказали тормоза? Нет? Нужно за ними следить, это такая важная вещь!

– Я слежу, – уверила его Жанна, – только в пятницу была на профилактике…

– Странно, – незнакомец пожал плечами, – сейчас я вызову эвакуатор.

– Да что вы, – засмущалась Жанна, – я сама… я вызову такси, или возьму частника…

– Я этого не могу допустить! Нет! – незнакомец сверкнул темными глазами и представился:

– Ашот. Ашот Мергелян.

Он произнес это так, как будто имя все объясняло. И оно действительно объясняло – если не все, то многое.

Понятно, откуда этот жаркий взгляд темных выпуклых глаз. Понятно, откуда эта манера говорить через слово «Нет!»

– Жанна, – едва слышно ответила ему вконец смущенная женщина, – Жанна Ташьян.

– О! – Ашот засиял, как только что отчеканенная юбилейная монета. – Встретить соотечественницу так далеко от Армении! Это так приятно! Нет? Я вас ни за что не отпущу, отвезу, куда скажете! Только сначала мы обязательно выпьем кофе! Нет? Конечно, здесь не варят такой кофе, как в Ереване, или в Бейруте, но все же я знаю поблизости одну неплохую кофейню…

Жанна не смогла ничего возразить. Она чувствовала себя куклой-марионеткой, безвольным, слабым существом, и как ни странно, это чувство доставляло ей удовольствие.

Ашот помог ей сесть в свою машину – это оказался тот самый огромный джип, в который она едва не врезалась – и через несколько минут они уже сидели за столиком маленькой уютной кофейни.

Кофе там действительно варили вполне прилично, и Жанна с Ашотом разговорились. Ашот рассказал, что постоянно живет в Ливане, но у него много дел по всему миру, и он летает то в Америку, то в Гонконг, то в Канаду, и в России бывает очень часто.

Когда Жанна допила свой кофе, Ашот осторожно взял ее чашку, опрокинул на блюдце и внимательно уставился на узоры, образованные кофейной гущей.