Монета Александра Македонского

 – Так вы бы так и сказали! Вы бы так и объяснили! Это вам, девушка, во двор нужно, вот сюда… – Она показала скрюченным пальцем на ту подворотню, из которой только что выбежала со своей энергичной дворняжкой.

Матильда в это время, опомнившись после столкновения со мной, снова куда-то понеслась и утащила за собой хозяйку. А я действительно увидела на стене возле подворотни табличку, которую до этого почему-то не замечала:

«Антиквариат. Покупка и продажа. Вход со двора».

Проводив удивленным взглядом темпераментную Матильду и ее хозяйку, я вошла в подворотню и увидела в углу двора неказистую дверь, а над ней – выцветшую и покосившуюся вывеску с единственным словом – «Антиквариат».

Ну что ж, значит, нотариус Винетутов меня не обманул и антикварный магазин, по крайней мере, существует.

Я пересекла двор, толкнула дверь и вошла внутрь.

Внутри было полутемно и пыльно.

Прежде чем мои глаза привыкли к скудному освещению и я смогла осмотреть внутренность магазинчика, прямо передо мной мелькнуло что-то темное и низкий басовитый голос проговорил:

– Меня-ю!

– Что? – переспросила я удивленно.

Тут глаза мои наконец привыкли к полутьме, и я увидела на полу перед собой огромного черного как ночь кота с глазами, сверкающими, как два изумруда.

– М-меня-у! – повторил он, и я засмеялась: вот чей голос я услышала! Вот с кем я заговорила!

Коту мой смех явно не понравился. Шерсть у него на затылке поднялась дыбом, он попятился и чихнул.

Начать с того, что магазинчик был совсем маленький, не больше кладовки в том магазине, где я работаю. И хотя я совершенно не разбираюсь в антиквариате, но даже я поняла, что находящееся здесь барахло не имеет к антиквариату никакого отношения.

На полках вдоль стен и в единственной застекленной витрине было выставлено никудышное старье, которому, на мой взгляд, самое место на помойке.

Здесь были фарфоровые чайники с отбитыми носами и чашки без ручек, треснувшие тарелки, мутные зеркала и расколотые театральные бинокли, погнутые металлические рамочки для фотографий, рваные веера, старые пластинки в выцветших конвертах и разрозненные шахматные фигуры. На видном месте, как украшение коллекции, лежала старая кукла с фарфоровой головой. Один глаз у куклы отсутствовал, но самое главное – она была совершенно лысая.