Персона царских кровей

Она закашляла, налила в бокал воды из хрустального кувшина и торопливо выпила.

У Надежды мелькнула какая-то неясная мысль, но додумать ее до конца она не успела, потому что дверь столовой с грохотом открылась и в комнату в инвалидном кресле въехал давешний капризный старик – тот самый, который распекал Надежду за нерасторопность.

Лебедева с удивлением взглянула на инвалидное кресло, но ничего не сказала.

Не успев доехать до стола, старик проговорил недовольным тоном:

– Сережа, ты очень распустил обслуживающий персонал! Эта новая горничная, которую ты нанял, ведет себя совершенно недопустимым образом! Она воображает, что…

– Какая новая горничная? – удивленно переспросил Сергей.

 – В последнее время я никого не нанимал, Марианна Васильевна вполне справляется… Кстати, дядя Петя, познакомься – это Надежда Лебедева, моя старинная знакомая… Надя, а этот склочный господин с замашками старого барина – мой дядя Петр Афанасьевич. Всю жизнь, между прочим, проработавший поваром в известном ресторане.

Петр Афанасьевич взглянул на Надежду и смущенно закашлял.

– Что-то сегодня все кашляют, – усмехнулась Надежда Николаевна. – Уж не докатилась ли до этих благословенных мест эпидемия новомодного гриппа?

– Типун тебе на язык! – в притворном ужасе воскликнул Сергей. – Тем более летом гриппа, кажется, не бывает… Марианна Васильевна, можно подавать обед!

Последние слова он бросил куда-то за спину, и тотчас из неприметной двери в глубине столовой показалась невысокая кругленькая женщина средних лет в белом переднике, она катила перед собой сервировочный столик, уставленный всевозможными кушаньями.

Обед был выше всяческих похвал, хотя Надежда так проголодалась, что удовлетворилась бы и тарелкой вареной картошки или пустой гречневой каши.

На первое Марианна Васильевна подала суп-пюре из цветной капусты, который назывался красивым словом «крем-дюбарри». Суп был такой вкусный, что Надежда сделала над собой усилие, чтобы не выхлебать всю тарелку мгновенно и не подобрать корочкой остатки супа.

Затем настал черед основного блюда.

– Рыбу или мясо? – тихонько спросила Марианна Васильевна, наклонившись к Надежде.

Надежда выбрала рыбу, и ей принесли большой кусок форели, жаренной на гриле и дивно пахнущей ароматными травами. Перед мужчинами положили по куску мяса, которые еле помещались на тарелке. Алиса от второго блюда отказалась, она и суп-то ела нехотя, а больше крошила сухарики, глядя невидящими глазами мимо всех.