Ночное солнце

Уже несколько дней их подъезд, да что там, и весь дом, пожалуй, сильно лихорадило. Пропал жилец с того же этажа, где жила Антонина Васильевна. В квартире напротив жила семейная пара – муж и жена Дроздаевы.

Надежда их знала мало, поскольку переехала в эту квартиру к мужу не так давно, года два назад, когда сын Сан Саныча уехал с семьей работать по контракту в Канаду. Антонина же, естественно, с соседями общалась, собственно, благодаря ей и так широко известно всему населению дома стало об исчезновении Максима Дроздаева.

Поначалу все было как обычно. Задержался человек на работе, застрял в пробке. Жена заволновалась быстро, поскольку муж позвонил ей перед выходом из офиса – еду, мол, жди с ужином.

Глубокой ночью жена стала обзванивать больницы, а когда утром секретарша поинтересовалась, отчего это Максим Петрович не явился на важное совещание, жена устремилась в полицию.

Там, однако, отнеслись к ее появлению без интереса и без удовольствия, на ее уверения, что муж никак не мог загулять с друзьями или с любовницей, только недоверчиво хмыкали.

И вот тогда за дело взялась Антонина Васильевна. Как уже говорилось, в свое время она предотвратила в доме пару-тройку краж, так что в полиции ее знали и уважали, и даже начальник отделения лично пожимал руку и хвалил за бдительность. А уж местный участковый просто ел с ее руки. Под ее усиленным нажимом заявление у гражданки Дроздаевой приняли и поискали по всем информационным базам.

– Живой хоть? – спросила Надежда, прижав руки к сердцу.

Хоть и мало знала она соседей, однако волей-неволей представила себя на месте Елены. Муж пропал, она одна в полной неизвестности, ужас какой!

– Какое там! – Антонина уже входила в Надеждину квартиру. – Прикинь, позвонили из полиции, да и брякнули сразу – в нашей Екатерининской больнице лежит неопознанный труп с его документами, так что приходите и опознайте.

– Куда уж теперь спешить… – вздохнула Надежда, – самое страшное уже случилось…

– А у них там свои порядки! – Антонина уже уверенно стояла посреди прихожей. – Чисто у тебя, – одобрительно сказала она, – хозяйственная ты женщина, Надя, аккуратная, домовитая.

– А вы, Антонина Васильевна, по какому вопросу? – спросила Надежда, покосившись на настенные часы.