Не родись болтливой

Этот запах был мне знаком, с ним было связано что-то важное, пугающее, но я совершенно не могла вспомнить, что именно. Все это пронеслось у меня в голове за несколько секунд, потому что мужчина обошел меня и вроде бы побежал к автобусу, но когда я зачем-то посмотрела на него из-за угла, то увидела, что в автобус он не сел, хотя мог бы успеть.

Понедельник у меня день всегда беспокойный, потому что магазин работает без выходных и за субботу-воскресенье накапливаются проблемы, которые нужно в понедельник непременно и быстро решить.

Я бегала в банк, писала отчеты, сидела за компьютером, даже поесть некогда было выскочить: мы с Ниной, товароведом, наскоро попили чайку – на кофе я смотреть не могла. Часов в шесть вечера меня позвали к телефону.

– Танюша, девочка моя, что же ты так убежала, надо было разбудить меня!

В первый момент я не поверила своим ушам. Этот Кирилл звонит мне как ни в чем не бывало, как будто мы с ним тысячу лет знакомы. После всего, что было, набраться наглости и позвонить! Совести у человека ни на грош!

– Как ты? – звучал в трубке веселый голос.

– Нормально, – сдавленно ответила я.

В комнате находились Нина, директор магазина Миша, да еще шофер зашел за накладными, послать этого мерзавца подальше не было никакой возможности.

– А я, ты знаешь, проспал до десяти часов. Встаю, тебя нет, даже записки не оставила, я к Женьке скорей, он у Валентины в записной книжке только твой рабочий телефон нашел.

Я представила, как они с Женькой обсуждали все мои достоинства и недостатки, и ноги мои подкосились, я даже села.

Что еще надо от меня этому извращенцу?

– Таня, я тебя встречу после работы, прямо в магазин зайду?

– Нет-нет, – опомнилась я, – на Фрунзенской в восемь вечера, а сейчас у меня много работы.

Некогда было раздумывать, перед закрытием и после у меня масса дел, но уж при встрече я выскажу этому негодяю все.

В пять минут девятого я вошла в вестибюль станции метро «Фрунзенская». Он стоял там, глупо улыбаясь, с цветами – тремя чахлыми гвоздиками мерзкого поросячье-розового цвета.

Если и есть на свете цветы, которые я ненавижу, так это гвоздики. Я считаю, что их можно приносить только на похороны своих врагов. По мне, уж лучше букет репейника!

Он бросился ко мне прямо бегом и все протягивал этот дурацкий букет. Пришлось взять, чтобы он отвязался. Я рассмотрела его вблизи – все в той же курточке, весь какой-то серый, потертый, под курткой гнусный свитерок и поношенные джинсы.