Месть через три поколения

Правда, как оказалось, лилии были не того цвета: Кахетинская любит пурпурные, а она доставила белые. Наша фифа из-за этого такой скандал устроила.

– Она? – переспросил шеф. – Кто это она?

– Девица из цветочного магазина. Та, что привезла букет.

– Постойте-ка, а как она выглядела?

– Не в моем вкусе, долговязая брюнетка. Я предпочитаю пышных блондинок.

– Насколько я знаю, вы предпочитаете мускулистых блондинов. Или у вас разносторонняя натура?

– Да ладно вам, – поморщился Вахтанг, – вы же обещали…

– Обещал, обещал.

– Я же говорю: совсем неинтересная – худая, еще очень коротко подстрижена.

– Очень коротко? – заинтересовался Шеф.

– Угу, почти наголо. А накрашена чересчур ярко, рот такой большой, ярко-красный… Неприятно, прямо как у вампира.

– А на ней случайно не было красно-черного пальто?

– Было что-то похожее. Так это ваша знакомая?

– В каком-то смысле, – протянул Шеф, – но вообще вопросы я бы предпочел задавать сам.

Он снова внимательно оглядел гостиную и повернулся к Вахтангу:

– Скажите, а в этой комнате ничего не изменилось? Все здесь такое же, как обычно?

– Такое же. – Вахтанг пожал плечами. – А что здесь могло измениться?

– Вам лучше знать, вы же здесь работаете. Вот, скажем, герб над камином – он всегда был таким?

– Конечно, герб рыцарского рода Делагарди. Рода, которому наш клуб обязан своим названием. Геральдический лев красного цвета на фоне двухцветного щита – верхняя часть золотая, нижняя лазоревая, с тремя серебряными лилиями.

– Геральдический лев? Вы уверены, что это именно лев?

– Конечно.

Вахтанг повернулся к камину, уставился на герб. И лишился дара речи.

– Не понимаю, как такое могло случиться, – пробормотал он после долгой паузы. – Это просто невозможно.

На рыцарском гербе Делагарди вместо красного льва ухмылялся носорог.

– Интересно. – Шеф подошел ближе к щиту и сфотографировал его на свой мобильный телефон. Потом снова повернулся к Вахтангу:

– Конечно, спрашивать вас, когда на гербе сменилось животное, не имеет смысла?

– Я не знаю, – протянул тот растерянно, – я просто не представляю. И как я раньше этого не заметил?

– Ладно, думаю, больше вы мне ничем не поможете.