Мальтийский крест Павла Первого

Поэтому Жанка, открыв мне дверь, проговорила:

– Ну, Ворона, повезло тебе, что ты меня застала! Я уже уходить хотела на перерыв! Домой надо сбегать, Кешка что-то приболел.

Кешка – это Жанкин младший брат, которого мать ее родила, когда Жанке было двадцать, так что Жанка испытывает к нему почти материнские чувства.

– А что это у тебя на голове? – удивилась Жанка. – Ты что – с рокерами связалась?

– Жанка, выручай! – и я сняла бандану.

– Ох, ни фига себе! – Жанна всплеснула руками. – Как это тебя угораздило?

– Не спрашивай! Просто скажи – можно с этим что-нибудь сделать, или прямо идти на Неву топиться?

– Учитывая твое место работы, не на Неву, а на Мойку.

– Мне уже страшно…

– Не дрейфь, прорвемся! – Жанка, как обычно, была полна кипучего энтузиазма.

Она усадила меня в кресло, осмотрела со всех сторон.

– Да, ты теперь не просто Ворона, а Ворона после купания…

– Может, не надо этого?

– Ладно, приступаем…

Для начала она вымыла мне голову – но зеленая гадость осталась, только пошла пятнами.

– Что же это такое? – удивленно протянула Жанна, снова осматривая мою голову.

– Сказали – какой-то суперклей… – уныло пробормотала я.

– Придется кое-что состричь… вот здесь убрать, и здесь… вообще тебе давно пора изменить имидж!

Это верно, Жанка давно предлагала сделать мне стрижку, химическую завивку, выкрасить волосы перьями или хотя бы тонировать. Но мама утверждала, что при моей внешности чем незаметней я буду выглядеть – тем лучше.

– А иначе никак нельзя? – заныла я.

– Нельзя! Ты же не хочешь на всю жизнь остаться болотной кикиморой? Или вонять растворителем, хотя я не знаю, какой растворитель это возьмет!

– Не хочу!

– Тогда раз – сиди, и два – молчи! Хотя разговаривать можно, только не критиковать мою работу!

Она состригла несколько прядей, еще раз пригляделась, и снова взялась за ножницы.

– Эй, подруга, ты меня совсем без волос оставишь! Меня мама домой не пустит!

– Я же тебе сказала – молчать!

Она обстригла меня очень коротко, а потом густо намазала голову краской.

– Эй, насчет краски мы не договаривались…

– Молчать! Я лучше знаю, что нужно делать с твоими волосами! Иначе пришлось бы стричь тебя вообще налысо! Ты хочешь явиться к маме лысой?

– Ой, нет… – всерьез испугалась я.