Листы каменной книги

Очевидно, на том конце поняли, что перегнули палку, потому что заговорили мягче:

– Вы не волнуйтесь, сотрясения у нее нет, только сильный ушиб головы и нога сломана. Сейчас ей в первую очередь нужен покой. Она в себя ненадолго пришла, только никаких сведений о себе сообщить не смогла, назвала только имя.

Надежда продиктовала фамилию Софии и год рождения, а также домашний адрес, после чего повесила трубку, спохватившись, что опаздывает в эту чертову галерею.

Но когда она уже красила губы перед самым выходом из дома, Цезарь лег на коврик перед дверью с тем характерным выражением на морде, которое можно было перевести на человеческий язык фразой: «Только через мой труп».

– Цезарь, в чем дело? – строго проговорила Надежда. – Ты что, хочешь идти со мной на выставку? Нет, нет и нет! Это даже не обсуждается! Как это вообще пришло тебе в голову?

Цезарь уставился на нее полным страдания взором и тоненько, жалобно заскулил. Даже человек, в жизни не державший собак, понял бы по этому скулежу, что песик находится в крайней степени отчаяния, что его разлучили с любимой хозяйкой, что у него стресс и оставаться в одиночестве он не в состоянии.

Надежда никогда не держала собак, зато у нее был кот, и она научилась его понимать. А также знала, что животные умеют хитрить и притворяться получше некоторых людей. Во всяком случае, Бейсик это делал виртуозно. Да и этот пудель – тоже, видимо, артист.

– И не надейся взять меня на жалость! – заявила Надежда.

В это время телефон снова зазвонил, и снова это был Антон.

– Карета подана!

– А в тыкву она не превратится? – проворчала Надежда Николаевна.

– Во всяком случае, не раньше полуночи. А мы к этому времени уже вернемся, я вам обещаю.

– Ладно, спускаюсь…

Надежда решительно оттащила пуделя от двери и, пока он изображал невыносимое страдание, выскользнула на площадку.

Такой вой, должно быть, слышит одинокий путник, пробирающийся зимней ночью по бескрайним просторам Сибири, – и от этого воя у него кровь леденеет в жилах…

Надежда Николаевна испуганно покосилась на соседние двери. И не зря – из-за той двери, где обитал ротвейлер Дима, донесся ответный вой, только в другой, гораздо более низкой тональности.