Кресло на чердаке

У нас в поселке и пруда никакого нет!

– Это сейчас нет, а раньше был, и Нюрка в тот пруд сиганула, когда ее, беременную, один такой городской хмырь бросил!

– Так это когда было-то?

– Перед войной, – бросила Пианиновна.

– Японской, что ли? – ехидно прищурилась Зинаида. – Или когда у нас Деникина разбили?

– Когда немец на нас вероломно напал, – строго сказала Пианиновна, – а раньше на этом месте финны были. Потом уж, когда границу отодвинули, сюда наши заселились. И дом тот разрушенный финский был… и пруд при нем…

– Что, так и утопилась ваша подруга? – спросила Надежда, видя, что Зинаида готовится резко ответить, и разговор сейчас перейдет в перепалку.

– Зачем утопилась? – удивилась старуха. – Вытащили. Она парня здорового родила, на четыре килограмма весом, а через год за военного вышла и уехала с ним на Дальний Восток.

– Так чего ты нам голову морочишь? – рассердилась Зинаида. – В общем, тут другой случай, определенно там мужика мертвого нашли.

– Вот на других возводишь напраслину, – перебила ее Пианиновна, – мол, я все путаю, а сама точно говоришь о том, чего не знаешь! Откуда тебе известно, какой они труп нашли?

– Оттуда! – Зинаида подбоченилась и вскинула подбородок.

 – Ты Люську, племянницу мою, знаешь?

– А кто ж ее не знает? Та еще шалава!

– Насчет этого лучше не начинай, а то у меня тоже найдется что про твою Тоньку сказать!

– Тонька тут ни при чем…

– То-то и оно, что ни при чем. А Люська моя как раз при делах. У нее с Костиком любовь…

– С каким еще Костиком?

– С таким, который в полиции служит, в районном отделе.

Старший сержант, между прочим, не последний человек. И он ей все рассказал, а она ко мне за хлебом приходила и все как есть сообщила, так что у меня сведения самые верные.

– Ну уж и самые… – протянула Пианиновна.

– И что же она вам сообщила? – проговорила Надежда, опасаясь, что разговор снова уйдет в сторону.

– А вот то и сообщила, что труп они нашли неизвестного мужчины, безо всяких документов.

Средних лет, прилично одетый, даже в костюме. И вот что я вам скажу, женщина… – Зинаида округлила глаза и понизила голос: – Этот самый мужчина заходил ко мне в магазин!

– Ну, уж это ты точно заливаешь! – ревнивым тоном перебила ее Пианиновна. – Как он мог к тебе заходить, если он труп?

– Это он сейчас труп, а когда заходил – еще вполне живой был. Точно как Люська сказала – средних лет, приличного вида, в коричневом костюме. Зашел, купил водички и вышел.