Комната свиданий, или Кодекс поведения блондинки

 – Стоит только расслабиться, обязательно появится какой-нибудь козел и начнет вязаться! Как будто вокруг мало свободных скамеек!»

Действительно, незнакомец придвинулся ко мне и повернулся, явно намереваясь вступить в разговор.

Я, в свою очередь, приготовилась его красиво отшить.

Однако первые же его слова повергли меня в шок.

– Гражданка Селезнева? – сурово осведомился незнакомец.

– Да, – растерянно ответила я, – это я… а вы кто такой, и что вам от меня нужно?

– Капитан милиции Творогов! – заявил незнакомец и предъявил мне служебное удостоверение.

 – А это – капитан Бахчинян! – И он показал на кого-то за моей спиной.

Я обернулась и увидела, что с другой стороны от меня на скамейку сел смуглый горбоносый брюнет в светлом плаще.

– И что же вам обоим от меня нужно?

– Вам придется пройти с нами в отделение милиции, – ответил первый капитан. – Там мы вам все объясним.

– А здесь вы не можете мне это объяснить? – упорствовала я. – И вообще, я жду Бонни…

– Что ты с ней церемонишься, Никитич? – вступил в разговор второй капитан.

 – Гражданка Селезнева, вам придется пройти с нами! Вы арестованы по обвинению в тяжком преступлении!

– В каком еще преступлении? – Я в полном изумлении уставилась на грубого брюнета. Все происходящее казалось мне дурацкой шуткой. Кстати, совершенно не смешной.

– В убийстве! – брякнул Бахчинян.

– В убийстве?! – ошарашенно повторила я.

Теперь это казалось не шуткой, а дурным сном.

Сейчас эти два капитана исчезнут, как утренний туман, растворятся в сладковатом осеннем воздухе, и я проснусь в своей собственной постели…

– Ну, ты спешишь, Тиграныч… – недовольно проговорил первый капитан.

 – Во-первых, она пока не арестована, а задержана, во-вторых, Елизавета Петровна будет недовольна, она хотела сообщить Селезневой, в чем ее обвиняют, в более подходящей обстановке…

– Один черт, – отмахнулся Бахчинян. – Она все равно будет недовольна… Короче, поехали!

Он поднялся со скамейки и рывком поднял меня.

Я поняла, что все это вовсе не шутка и уж точно не сон. В серьезности происходящего меня убедил спокойный рассудительный голос капитана Творогова.

Возле нас остановилась машина, дверцы ее распахнулись, и меня усадили на заднее сиденье.

– А как же Бонни? – пролепетала я, выглядывая в окно.

Но мне никто не ответил. И тут я весьма кстати вспомнила, что не успела рассмотреть ничего в красной книжечке, что небрежно сунул мне под нос капитан Творогов.