Кинжал всевластия

Там, в степи, возле реки, извивающейся, как серебряная змея, к нему подъехала Сары-Кыз. Она хлестнула его вороного нагайкой и поскакала прочь. Конь встал на дыбы, обиженно заржал.

– Чего ты хочешь, Сары-Кыз? – спросил Мехмет, справившись с конем и догнав девушку.

– Ты сам знаешь, – ответила та, взглянув из-под челки. – Пришла весна, степь расцвела, но цветение это будет недолгим. Мое цветение будет таким же коротким, как степная весна. Не теряй времени, чужеземец, иначе ты будешь горько сожалеть.

Они вернулись вместе, и Мехмет вошел в шатер Архана как проситель.

Архан заколол десять баранов, и все племя пировало три дня.

Теперь Сары-Кыз жила в шатре Мехмета.

Однажды, когда он поил коней, она нашла сверток, спрятанный в изголовье.

Когда Мехмет вернулся в шатер, Сары-Кыз встретила его у входа и спросила, почему он прячет у себя в изголовье простые ножны, ножны без кинжала, если у ее отца, да и у самого Мехмета много дорогого оружия, отбитого у врагов, отнятого у водителей караванов.

И тогда Мехмет ответил своей жене Сары-Кыз, что эти ножны – великая святыня, которую он хранит по завету своего отца, и когда она, Сары-Кыз, родит ему сына и сын этот станет мужчиной – он передаст эти ножны ему, а тот передаст их своему сыну, и так будет продолжаться столько лет, сколько будет угодно Аллаху, милостивому и всемогущему.

– Да будет так, – ответила Сары-Кыз и погладила свой приподнявшийся живот.

Катя с трудом втиснулась в переполненную маршрутку, проехала два квартала, скособочившись в неудобной позе, после чего выпустила озабоченную старушку у рынка и с облегчением села на освободившееся место.

– Осторожнее! – раздраженно рявкнула девица в норковой курточке и такой короткой юбке, как будто ее и не было вовсе. – Все сапоги истоптала!

– Простите! – вспыхнула Катя. – Я не нарочно…

Девица негодующе фыркнула, окинула Катю презрительным взглядом и высунула в проход ногу, чтобы исследовать сапог на предмет повреждения. Сгорая от стыда, Катя забилась в уголок.

– Копыто-то убери! – не выдержал мужичок постарше, сильно попахивающий с утра перегаром. – Не в такси едешь! Неча в людей сапоги свои пихать!

– Отвали, козел! – деловито ответила девица. – А не то живо сапогом в рожу пьяную получишь!

Мужичок не растерялся и обозвал девицу непечатными словами.