Ключ от страха

Как только Кирилл увлекся деревенскими поисками, в его речи сразу же стали проскальзывать русские пословицы и поговорки. Смешно…

Кирилл крутился возле плиты.

– Смотри, даже заслонки никто не украл! – удивился он. – Сейчас печку затопим.

– Пожара не будет? – опасливо спросила Тина. – Все-таки печка старая…

– Не знаешь ты, что такое старая печка!

Кирилл бросился в сени и притащил оттуда охапку дров. Тина удивилась – как будто кто-то специально для них положил. А спутник ее уже колол щепу на растопку большим охотничьим ножом, который возил с собой в поездки.

– Кажется, нужно там что-то открыть… – пробормотала Тина вполголоса, она знала, что он, как всякий мужчина, терпеть не может, когда его поучают.

– Ах да! – Кирилл дернул вьюшку, на пол посыпалась сажа. – Ну, теперь пойдет!

В печке ровно и весело гудел огонь, и хотя теплее в доме не стало, было уже не так сыро.

– Говорил же я, умели раньше делать вещи! – Кирилл радовался как ребенок.

Раньше ее умиляло такое мальчишество, теперь же Тина почувствовала глухое раздражение. Возможно, это от усталости. Кирилл уже порыскал по кухне и нашел чайник.

– Смотри, целый! И не такой уж грязный!

Чайник оказался ужасен – весь закопченный и без крышки. Но паутины в нем не было, как выяснила Тина, с опаской заглянув внутрь. И мышь там не удавилась с тоски и голода. Не слишком чистая посудина, но не ржавая.

Тина расстелила салфетку на колченогой табуретке и выложила еду – пару оставшихся бутербродов, полпачки печенья, яблоко, пакетик сухариков. Негусто, но большую часть они съели днем. Не собирались ведь ночевать здесь, в глуши.

Кирилл подложил еще пару полешек и вернулся из сеней с пустыми руками – дрова кончились. Но чайник все же успел вскипеть. Они поели и наполнили термос.

От дивана пахло чем-то неприятным.

– По-моему, там мыши.

– Не болтай ерунды, – фыркнул Кирилл, заворачиваясь в плед, – они давно ушли в более сытное место.

Тина думала, что не сможет заснуть, но она так устала, что стоило ей закрыть глаза, как провалилась в сон – темный и душный, будто деревенский сеновал.

И так же внезапно, как заснула, проснулась – от какого-то странного подозрительного звука. Изба была полна густым, призрачным лунным светом.