Кодекс поведения блондинки

– Щас… щас… – бормотал он, перебирая ключи. – Это от другой квартиры… и этот не отсюда…

В душе дяди Васи шевельнулось нехорошее предчувствие.

Наконец нужный ключ нашелся, дверь открылась, и мужчины вошли в квартиру. По длинному захламленному коридору они дошли до кухни, хозяин показал на старенький небольшой холодильник в ярких наклейках:

– Вот он!

«Стоило ли из-за такого барахла шум поднимать? – подумал дядя Вася. – Одно хорошо, он и правда небольшой…»

Он взялся за холодильник с одной стороны, хозяин с другой, и вдвоем потащили его к выходу.

Холодильник был действительно небольшой и не очень тяжелый, но его хозяин оказался таким неловким и бестолковым, что не помогал дяде Васе, а мешал ему – то спотыкался и чуть не ронял агрегат, то поднимал свою сторону слишком высоко и задевал за притолоку…

Наконец они дотащили холодильник почти до выхода, но в это время двери широко распахнулись, и на пороге возникла женщина средних лет с черными, коротко стриженными волосами и фигурой, напоминающей дубовый довоенный буфет.

– Что здесь происходит? – воскликнула незнакомка, уперев руки в бока, и ее лицо покрылось красными пятнами. – Как это понимать, Иннокентий?

– А вот так и понимать! – заверещал растрепанный индивид неожиданно высоким, визгливым голосом. – Вот так и понимать, что я этот холодильник на свои кровные деньги приобретал! И очередь на меня записана была! Я имею полное право его забрать!

С этими словами он взмахнул рукой, выпустив свою сторону холодильника.

– Ты?! На собственные деньги?! – Брюнетка отступила на шаг и громко расхохоталась. – Да твоих денег только на туалетную бумагу хватало! И то ты ее столько изводил…

– Как ты смеешь?! Ты всегда меня унижала! Ты никогда не понимала мою душу! – Иннокентий подскочил к женщине, размахивая кулаками, но тут же отступил, заметив опасный блеск в ее глазах.

– Чего там понимать-то? А ну, недоносок, тащи холодильник обратно вместе со своим дружком!

– И не подумаю! Это дело принципа! Я за этим холодильником в очереди отмечался в тысяча девятьсот восьмидесятом году…

– Ага, когда Деникина разбили! – ехидно вставила брюнетка.

– Я на холодильник имею полное право! – не сдавался Иннокентий.