Кодекс поведения блондинки

 – Вот, новенькую принимайте!

Он отпер замок, втолкнул меня за решетку и удалился, на прощание проговорив:

– Добро пожаловать в «обезьянник»!

– Привет, подруга! – Ко мне подошла та девица, что просила курева. – Сигареткой не угостишь?

Я более внимательно ее рассмотрела.

Сперва мне показалось, что ей лет двадцать пять, но теперь я засомневалась: ее потасканное личико могло принадлежать и тридцатипятилетней особе. Волосы у нее были выкрашены в выразительный оранжевый цвет, юбочка была такой длины, что ее вполне могли сшить из обычного галстука.

– Не курю… – честно ответила я.

– Это правда, что ли? – Девица уставилась на меня, как на экзотическое насекомое. – Может, ты еще и не пьешь?

– Не пью… – призналась я, чувствуя, что много теряю в ее мнении.

– И кокос не нюхаешь? – продолжала она допрос.

– Кокос? Какой кокос? – переспросила я с недоумением.

Я иногда пользовалась кокосовой стружкой для приготовления десертов, но не представляла, зачем ее нюхать.

– С тобой все ясно! – презрительно процедила девица. – Так за что же тебя тогда сюда упекли?

– За убийство… – ответила я со вздохом.

– Правда, что ли? – На этот раз в ее глазах и голосе появилось уважение. – Кого пришила-то?

– Да никого я не убивала! – Я не смогла сдержать своих эмоций. – Мало мне этой мымры замороженной, так еще перед тобой придется оправдываться?

– Тебя что – сама Кудеярова допрашивала? – сочувственно поинтересовалась девица.

– Василиса… – машинально ответила я.

– Редкое имя! Но ты все-таки честно скажи – кого убила? Тут все свои, можешь не стесняться!

– Говорят же тебе – никого я не убивала! Меня по недоразумению арестовали!

– Ну, ну, ты не кипятись… мы все тут по ошибке… а кого тебе Кудеярова шьет?

– Шьет? – переспросила я удивленно.

– Ну, ты тундра! Ваще по-русски не понимаешь! Чье убийство на тебя хотят повесить?

– Любовницы бывшего мужа… – призналась я. – То есть не бывшего, мы с ним еще не развелись… а когда он с ней закрутил, вообще вместе жили…

– Вот гад! – посочувствовала мне Ксана.

– И он же меня из дому выставил… – добавила я.

– Вот гад! – повторила собеседница.