Клад Наполеона

Ветер усиливался, раздувая пожар, словно и он был в сговоре с русскими.

Вдруг в коридоре раздался крик: «Пожар в Кремле!»

Император словно пробудился от оцепенения. Он вышел, чтобы оценить опасность, и увидел, что пылает тот самый дворец, в котором он находился. Солдаты гвардии потушили огонь, но все еще пылала башня над арсеналом. Вскоре оттуда выволокли русского солдата, который и был поджигателем. Он не говорил ни слова и молча умер на штыках разъяренных гренадеров.

Все это наконец заставило императора решиться.

Однако вокруг Кремля бушевал огненный океан. Пламя охватило ворота крепости и не давало французам выйти из Кремля. После долгих поисков они наконец нашли во дворе подземный ход, ведущий к Москве-реке, по которому император с офицерами и гвардией сумел выбраться из охваченного огненным кольцом Кремля.

Но, однако, и это не избавило его от опасности. Напротив, теперь император и его спутники были значительно ближе к месту основного пожара и не могли теперь идти ни вперед, ни назад, ни вправо, ни влево. Со всех сторон перед ними расстилалось бескрайнее море огня, которое перекрыло все дороги к спасению. Те французы, которые прежде ходили по городу и знали расположение домов и улиц, теперь не узнавали местности, затянутой дымом и обратившейся в груду пылающих развалин.

Следовало спешно искать какой-то выход. Рев пламени становился все громче, и промедление в таких обстоятельствах было подобно смерти. Впереди виднелась единственная улица, узкая и извилистая, с обеих сторон охваченная огнем. Казалось, что это – вход в ад.

Однако к императору вернулась его неизменная решительность. Пеший, лишь с двумя спутниками, он без колебаний устремился к этой единственной улице. Он шел среди рева пламени, среди треска рушащихся балок, грохота падающих кровель, как прежде не раз ходил среди неприятельского огня, и гвардейцы, не раздумывая, шагали вслед за своим полководцем.

Французы двигались по пылающей земле, между стенами огня. Нестерпимый жар обжигал легкие, палил глаза, горящие головешки то и дело падали на одежду.

И вдруг проводник, который вел императора и его свиту через огненный ад, остановился в растерянности: он не узнавал больше местность и не знал, куда дальше идти.