Клад Наполеона

Потом он напился кофе и уселся в тенечке на завалинке покемарить, пока светло. Что-то ему подсказывало, что разумнее всего будет этой ночью не спать. А завтра с утречка он ожидает машину из Веснянска, сдаст приехавшим под расписку ящики и вздохнет наконец спокойно.

Император вошел во дворец и почувствовал, как в его душе просыпаются прежние надежды. Его мечта осуществилась: он в Москве, в Кремле, в самом сердце России, в древнем дворце Рюриковичей и Романовых!

Что с того, что к нему не вышла русская депутация… у этих русских такие странные обычаи, их невозможно понять! Как там говорят… загадочная русская душа!

Мрачная, полусредневековая роскошь Кремлевского дворца вызвала в его душе удивление и странное, тревожное волнение.

Он невольно сравнивал этот дворец с Фонтенбло, Версальским дворцом, Трианоном, с теми светлыми, просторными залами, к которым привык у себя во Франции.

Низкие сводчатые потолки, обилие позолоты и богатой вычурной резьбы, пышная лепнина, полутемные, заставленные золоченой мебелью комнаты казались ему варварскими и азиатскими – но в то же время величественными и впечатляющими.

Парча и позолота, темные иконы в золотых окладах по углам…

Впрочем, этот дворец и должен быть таким, ведь Москва – это древняя столица огромной полуазиатской империи, империи, занимающей неизмеримые, подавляющие воображение пространства…

Император на мгновение прикрыл усталые глаза.

Он победил русскую армию, он занял Москву, древнюю первопрестольную столицу России. Судьба кампании, судьба всей войны решена.

Теперь только нужно передать императору Александру свои условия, дождаться его ответа – и можно будет покинуть эту варварскую страну, вернуться домой, в прекрасную Францию…

Император подошел к окну – и увидел мрачные, багровые отсветы пылающих домов и лавок торгового квартала.

Что ж, он поручил своим офицерам остановить пожары – а его приказы выполняются беспрекословно. Сотни опытных солдат под командованием герцога Тревизского заняты сейчас борьбой с огнем, еще несколько часов, самое большее – день, и огненная стихия будет побеждена…

К императору приблизился офицер свиты, доложил, что в торговом квартале схвачен поджигатель.

Наполеон распорядился, и к нему привели мрачного бородатого детину с опаленными огнем бровями, с черным окровавленным ртом.

– Его били? – спросил император, брезгливо разглядывая поджигателя. – Как можно! Мы не варвары, кажется…

– Ваше величество, – ответил молодой офицер, щелкнув каблуками.