Клад Наполеона

Еще бы несколько часов – и машина бы утонула, а тогда…

– Точно, – согласился участковый. – Тогда бы мы на Константина это дело списали и объявили его в розыск…

– Что же такое было в тех ящиках, если из-за них столько народу положили?

– Эх, Матюха! – вздохнул Уточкин. – Сейчас не то что из-за ящика с сокровищами, из-за бутылки водки человека убить могут! Вот в Заворотье мужик из тюрьмы вышел, восемь лет отсидел за вооруженное ограбление, в тот же день соседа убил и снова сел на десять лет.

Он засунул голову в машину аквалангистов и повторил:

– Ящики!.. ящики!

– Что ты заладил как попугай – ящики, ящики! – недовольно пробормотал Матвей. – Я еще с первого раза расслышал!..

– Да говорю тебе, – участковый задом вылез из машины, – ящики твои тут!

– Что значит – тут? – недоверчиво переспросил Матвей. – Как это – тут? Не может быть!

– Сам погляди! – Участковый отступил в сторону.

Матвей снова влез в машину.

На заднем сиденье стояли два больших железных ящика.

– Ну, помоги, что ли… – проговорил Матвей, хватая один из ящиков за ручки.

Через несколько минут оба ящика стояли на траве.

Это были большие темно-зеленые ящики с хорошо сохранившимися немецкими надписями на крышке. Кое-где краска была поцарапана, видно, ребята попытались соскоблить многолетние наслоения.

– Ну, и что в них такое? – заинтересованно спросил участковый.

– Сейчас узнаем… – Матвей отщелкнул замок. Как ни странно, он хорошо сохранился и нисколько не заржавел. Матвей откинул крышку.

Уточкин заглянул через его плечо и присвистнул.

Ящик был полон серебряными и позолоченными окладами икон.

– Вот нахапали фрицы! – проговорил участковый с непонятным выражением.

Матвей открыл второй ящик. Здесь были серебряные и золотые церковные сосуды, кресты, усыпанные цветными каменьями, тяжелые кадила и подсвечники.

– Ничего себе! – Глаза Уточкина заблестели. – Значит, нашли все-таки клад твои ребята!

– Смерть свою они нашли! – перебил его Матвей.

– Постой… – участковый удивленно уставился на приятеля.