Капкан для принцессы

Брачный контракт не составлялся, и адвокаты господина Тизенхаузена готовы были оспорить любой иск со стороны господина Кузовкова, но он даже не предпринимал никаких шагов в этом направлении. Страховая компания отправила в Россию своего представителя, который должен был удостовериться в том, что погибшая – это именно урожденная Моника Тизенхаузен. Но к тому времени, как он прилетел в Санкт-Петербург, останки покойной были уже кремированы. Наш представитель разговаривал с господином Кузовковым и со следователем, который вел дело о гибели Моники.

Как явствует из предоставленных документов, труп был очень поврежден, обгорел, но муж опознал Монику по некоторым характерным деталям. Кроме того, на теле были найдены ее украшения – цепочка, кольцо, браслет… короче, опознание было проведено с соблюдением всех требований закона.

– Почему ее так поспешно кремировали? – перебил Вольфа Маркиз.

– Таково было пожелание мужа, – протянул герр Вольф. – Следствие не видело причин откладывать кремацию, а немецкая сторона не успела вовремя вмешаться из-за… из-за некоторой бюрократической неповоротливости, – закончил он неохотно.

– Итак, – промолвил Маркиз, не дождавшись продолжения, – ее кремировали; что же было дальше?

– Наш представитель настоял на том, чтобы увезти урну с прахом покойной в Германию для захоронения в семейном склепе Тизенхаузенов. Муж сначала возражал, но его убедили.

– Представляю себе! – ехидно вставил Маркиз.

Герр Вольф, не обращая внимания на его язвительную реплику, продолжал:

– Наша компания выплатила отцу покойной страховку, и дело было закрыто.

Но спустя некоторое время, а точнее – две недели назад, господин Тизенхаузен получил по почте конверт, в котором была фотография. Судя по этой фотографии, можно утверждать, что Моника жива, во всяком случае была жива некоторое время после автомобильной катастрофы и после официального признания ее мертвой.

Господин Тизенхаузен обратился к нашей компании, заявив, что как честный человек обязан возвратить полученную страховку, естественно, при условии, что мы найдем его дочь.

Вот, собственно, краткая предыстория событий…

Герр Вольф замолчал, налил в стакан минеральной воды и сделал большой глоток.

– Вы покажете нам фотографию, которая подняла весь этот переполох? – спросил Маркиз.

– Конечно. – Герр Вольф открыл «дипломат» и выложил на стол большой фотографический снимок.

На этом снимке был виден выставочный зал, на стене которого висела фотография в узкой белой раме.