Калоши невезения

– Машина такая же обыкновенная, как сами братки, – черная «BMW» третьей серии, выпуск девяносто шестого года, видимо, попадала в аварию: левое крыло подкрашено, довольно аккуратно.

Маркиз хотел было восхититься наблюдательности «слепого», но тот еще больше удивил его:

– Если дадите сто долларов, я и номер машины скажу!

Маркиз без колебаний сунул в морщинистую руку зеленую купюру с изображением американского президента и получил в обмен на нее обрывок бумажки с криво записанным номером.

– До чего же вы, дедушка, наблюдательный! – решил Маркиз подольститься к нищему.

– Не сомневался, что эта информация кому-нибудь пригодится, – негромко проговорил старик и, еще больше понизив голос, добавил: – Милиции я ничего не рассказал.

– Милиции? – Леня подпрыгнул. – Здесь была милиция?

– Конечно, – нищий с достоинством кивнул, – они приехали на труп.

– Труп? – Леня побледнел. – Какой труп? Дедушка, да говорите скорей, вы что, хотите моей смерти?

Нищий неодобрительно поморщился, снова выдержал театральную паузу и неторопливо рассказал, что минут через десять после того, как черная машина с похищенной девушкой уехала, из сквера донесся истошный женский визг.

Очень скоро подъехало несколько милицейских машин, и вокруг собора поднялась невероятная суматоха. На «слепого» прибывшие не обратили внимания, подумав, что он не подходит на роль свидетеля, но из обрывков разговоров старик понял: в сквере обнаружили труп женщины, а еще через несколько минут мимо него пронесли накрытые брезентом носилки, с которых свешивалась женская рука в темно-красном рукаве…

– Выходит, та, первая девушка, которая так спешила, умерла, а вторая, когда вернулась, увидела труп и убежала, тут ее и прихватили братки…

Леня пришел в ужас.

Даже если старик не ошибается, и в «Фольксвагене» действительно приехали две девушки в темно-красных брючных костюмах, и та, которая умерла в сквере, – это не Лола, все равно Лолка влипла в какую-то ужасную историю, и ее срочно нужно спасать.

А если «великий слепой» на этот раз ошибся, и на носилках унесли все-таки Лолу?

Маркиз частенько поругивал подругу за легкомыслие и излишнюю любовь к театральным эффектам, постоянно пикировался с ней, но на самом деле она была ему очень дорога, и при одной только мысли, что с ней случилось несчастье, что она в лучшем случае находится сейчас в руках каких-то отморозков, а в худшем – в милицейском морге, сердце благородного мошенника заныло.