Игра на нервах для одинокого ценителя

– Так это не ты их задержал, а пес! – протянул Творогов, увидев Бонни. – Любишь ты, Макарыч, чужие успехи себе приписывать! Прямо как наш начальник…

– Мы с ним работаем в паре, как вы с Тигранычем! – ответил дядя Вася и ласково потрепал Бонни по загривку. – Ну ладно, ребята, оформляйте задержание!

– Не советую! – пропыхтел снизу бровастый бандит. – Ничего, кроме головной боли, вы этим не заработаете. А мы уже сегодня вечером дома будем…

– Это мы еще посмотрим! – отозвался мрачный Творогов. – Оформляй, Тиграныч!

Через пятнадцать минут бравые капитаны надели бандитам наручники и вывели их из квартиры Василия Макаровича.

Однако когда через два часа Куликов позвонил в отделение, чтобы узнать судьбу задержанных, еще более мрачный, чем обычно, капитан Творогов сообщил ему:

– Что ты думаешь, Макарыч? Их уже отпустили!

– Как отпустили? – удивленно переспросил дядя Вася.

– Очень просто! Не успели мы доставить их в отделение, не успели задать пару вопросов, как приехал адвокат.

– Какой адвокат?

– Заманский, ты его знаешь. Всякую шваль обычно защищает. Так вот, приехал он к нам в отделение и сразу заявил, что если мы эту парочку не отпустим немедленно, так он нам же иск предъявит.

– За что? – опешил Василий Макарович.

– За незаконное задержание – это раз, за причинение морального и материального ущерба – это два… опять же, за телесные повреждения. Твой Бонни, оказывается, бандита этого куснул, и адвокат первым делом след укуса сфотографировал… так что еще может приплюсовать незаконное содержание бойцовых собак.

– Ничего себе! – возмутился Василий Макарович. – Они меня убить хотели! Если бы не Бонни, я бы сейчас уже в морге лежал, с номерком на щиколотке!

– Это только с твоих слов известно, – остановил его Творогов, – а они говорят совсем другое. Якобы пришли к тебе по объявлению насчет частного детектива, хотели поручить тебе расследование. А ты вдруг на них напал и еще собаку натравил, стал вымогать деньги. А потом нас вызвал, как соучастников…

– Вот сволочь!

– Ага, – согласился Творогов.

– И что, Никитич, ты это распоряжение примешь как руководство к действию? – тоскливо поинтересовался Василий Макарович.

– А что мне остается? – мрачно протянул Творогов.