Досье на Пенелопу

Надеюсь, это не меньше вашего обычного гонорара?

– О, нет, – Тимофей постарался притушить радостный блеск глаз, – это вполне соответствует принятым у нас расценкам.

Дама поднялась и двинулась к двери, сопровождаемая галантным Тимофеем.

Через несколько минут раздался условный стук, и в кабинет проскользнула Василиса.

– Я сейчас была в туалете, – сообщила она с порога.

– Ты считаешь, что обязана мне об этом сообщать? – искренне удивился ее шеф и повелитель.

– Вы знаете, – продолжила секретарша, не обратив внимания на его реплику, – что окна туалета выходят на другую сторону дома.

– В мужском туалете окна замазаны белой краской, – не преминул вставить Тимофей.

– Я эту краску давно уже процарапала. Короче, вы будете меня слушать?

– Молчу!

– Эта десятибалльная особа думает, что она умнее всех. Напялила парик, оставила машину за углом и воображает, что ее невозможно вычислить. Но окна туалета выходят как раз туда, где она оставила свою «Ауди». Так что я отлично видела, как она садилась, и записала номер машины.

– Отлично! – восхитился Тимофей. – И мы теперь сможем узнать имя владельца… то есть владелицы.

– Уже, – лаконично сообщила Василиса.

– Что – уже?

– Уже установила. Посмотрела по базе данных ГАИ… в смысле ГИБДД. Только имени владельца там нет, потому что машина зарегистрирована на фирму. Очень крупная и известная косметическая фирма «Марго». Я ведь говорю – эта особа думает, что она умнее всех. Мало того, что оставила машину за углом, так и взяла не свою собственную, а принадлежащую фирме.

– И что – уже? Уже установила?

– Долго ли! – Василиса пренебрежительно пожала плечами. – Владелец фирмы – Ашотов Аветик Ованесович.

– А она? – Тимофей с надеждой и обожанием смотрел на свою гениальную секретаршу.

– Ашотова Маргарита Павловна, жена владельца, – невозмутимо ответила Василиса, – зуб даю.

В устах Василисы это была самая страшная клятва, и Тимофей поверил ей безоговорочно.

– Ты у меня золото! – расчувствовался он. – Тебе просто цены нет!

– Так, может, прибавите мне зарплату?

– Ну уж, ты сразу бьешь по самому больному!

– Или хотя бы заплатите за два последних месяца? Вы не забыли, что все еще должны мне за февраль и март?

– Нет-нет, я все помню, – заныл Тимофей, – но, понимаешь, сейчас у нас такой трудный период… – И он незаметным движением смахнул со стола оставленный Маргаритой Павловной аванс.