Фитнес для резвой акулы

Вот так и получается, что я постоянно участвую в оперативной работе, хотя Василий Макарович упорно делает вид, что это не так. Ну, мужчины как малые дети, пускай думает что хочет, лишь бы не капризничал.

Бонни плотоядно облизнулся и бросился ко мне.

– Пошел вон! – заорала я. – Еще на постель он будет лезть! Перетопчешься!

Бонни, конечно, очень меня любит, это бесспорно. Но совершенно не слушается. От природы он вовсе не злобный. Даже, можно сказать, миролюбивый и добродушный. Если мне не угрожает непосредственная опасность, он не станет беспричинно нападать на окружающих.

Справедливости ради нужно сказать, что ни одной кошке он не сумел причинить особого вреда, ибо дворовые коты, как известно, умеют за себя постоять.

При этом Бонни сентиментален, он любит ласку, просится на ручки, как маленький, боится крыс и темноты и очень не любит оставаться один. Проведя в одиночестве больше часа, пес впадает в самую настоящую истерику, начинает выть и биться головой о стены.

Бонни давно уже не живет в той квартире, но отвратительная привычка спать в хозяйской постели нет-нет да и прорывается. Вот и сегодня он явно настроился поваляться.

– Бонни, немедленно отвали от кровати! – рявкнула я и осознала, что в ушах что-то звенит.

Оказалось, что это надрывается телефон. Я отпихнула Бонни и босиком побежала искать трубку.

– Василиса! – В уши ворвался сердитый голос дяди Васи. – Легче статую каменную разбудить, чем тебя!

– Чего надо? – от неожиданности невежливо спросила я.

– Быстро одевайся и дуй ко мне! – распорядился дядя Вася. – У нас клиентка!

– С чего это в такую рань? – удивилась я, взглянув на будильник.

– Во-первых, девять уже давно есть, у тебя часы встали, – буркнул мой начальник, – а во?вторых, ей нужно срочно! Не хочет ждать ни получаса, вынь да положь!

Я встряхнула будильник – ну так и есть, он стоит. Это потому, что Бонни вчера уронил его на пол. А я-то еще радовалась, что будильник не разбился! Только стекло треснуло, так я его изолентой замотала… но, видно, что-то там внутри повредилось, вот часы и встали.