Фермуар последней фрейлины

Он уже выпустил Настю и метнулся к воротам, успев бросить на ходу:

– Тикаем, Геша!

Геша пару секунд колебался, но Настин спаситель уже шел на него, размахивая кулаками. Рыжий пустился наутек.

– Настена, ты? – удивился блондин.

– Вот уж не думала, что буду тебе рада! – Настя шарила по карманам в поисках платка.

– На, возьми! – Блондин, он же бывший муж Сергей, протянул ей платок, и она приложила его к разбитому носу.

– Как ты? – Сергей подошел ближе.

– Сам видишь как, – огрызнулась Настя. – Лучше всех!

– Пойдем, я тебя хоть до квартиры провожу.

Она хотела снова огрызнуться, послать его подальше, но устыдилась. Все-таки он действительно спас ее от этих паразитов.

Где-то наверху стукнуло окно, и старушечий голос спросил:

– Девушка, что с вами случилось? На вас напали?

В голосе был такой жгучий интерес, что Настю передернуло.

– Не напали, просто она крысу увидела! – крикнул Сергей. – Крыс у вас просто пропасть, вон одна по стене ползет, прямо к вам!

Окно с треском захлопнулось.

Сергей обхватил Настю за плечи и потащил к подъезду. В обнимку они поднялись на ее третий этаж. Там он взял у нее из рук ключи.

– Я сама, – слабо запротестовала Настя.

– Ладно уж, – отмахнулся он. – Лучше вон платок крепче прижми, а то всю куртку кровью заляпаешь.

Она прижала платок сильнее и чуть не вскрикнула от боли. Неужели эти подонки сломали ей нос? Что же это такое? Сто лет она ходит по этому двору, и никогда ничего не случалось. Посвистят подростки, крикнут вслед что-нибудь – и все.

А здесь, можно сказать, среди бела дня… Напали, сумку вырвали, едва не изнасиловали – совсем эти двое не в себе были, что ли? Обкурились, наверное, какой-то дрянью. Ладно, что об этих уродах думать.

Она споткнулась на пороге: закружилась голова. Сергей крепко взял ее за локоть и втолкнул в прихожую. Настя плюхнулась на пуфик у двери и запрокинула голову, чтобы кровь не капала на пол и на одежду.

Сергей закрыл дверь и огляделся с любопытством.

– О, – сказал он, – ты обои переклеила, и тумбочка новая.

Настя вспомнила, как два года назад один из троих страшных мужчин, что приходили за деньгами, напоследок пнул тумбочку, на которой стоял телефон, и тот упал на пол и разбился. Тумбочка с проломленной дверцей больше ни на что не годилась, и Настя вынесла ее по частям на помойку.

– А ты чего сидишь? – спросил он по-деловому. – Тебе умыться нужно и холодное к носу приложить, а то распухнет – завтра себя в зеркале не узнаешь.

Здесь он прав.