Фермуар последней фрейлины

– Так зачем она вам? – повторил он вопрос.

– Это тебя не касается, – тщедушный человек в кресле нахмурился и слегка повысил голос.

И тотчас один из доберманов тихонько рыкнул и обнажил внушительные клыки. Сергей вздрогнул и ощутил, как веревки впились в тело. Стоит этому типу только приказать, как эти зверюги растерзают его на части…

– Не бойся, – усмехнулся его собеседник, – до этого дело не дойдет, если не будешь задавать глупых вопросов. Я ведь за тебя приличные деньги заплатил, хоть ты их и не стоишь.

– Ну-у… мы с ней не общаемся, но через общих знакомых я кое-что… живет она в той же квартире, замуж не вышла, вроде бы никого у нее нет сейчас…

– Пустое все, – поморщился человек в инвалидном кресле, – вот что ты знаешь о ее семье?

– О семье? – удивился Сергей. – Да нет у нее никого, мать за границей жила, в Бельгии, кажется, со вторым мужем, отец умер, что ли, во всяком случае, ничего о нем неизвестно.

– А бабки-прабабки? – нетерпеливо прервал его тщедушный тип, жадно сверкнув глазами.

– Прабабки? – Сергей взглянул на него в полном удивлении – шутит он, что ли, кого интересуют чужие прабабки, но перехватил грозный взгляд второго добермана, который переступил с лапы на лапу и тоже тихонько рыкнул.

Какие уж тут шутки.

– Не знаешь, значит, – подытожил человек в кресле, – ох, Сережа, пустой ты человек, ни для чего не годишься, ничего не можешь, ничего не умеешь, ничего не знаешь…

И вроде бы сказал он это не зло, и Сережей назвал, и на «ты», а Сергею стало еще страшнее.

– Она говорила, – заторопился он, мучительно выискивая в голове хоть крупицу сведений, хоть что-то ценное, – говорила, что из какой-то семьи такой, дворянской, что ли. Сейчас многие насчет этого врут, так что я не очень верил.

– А зря, – наставительно произнес его собеседник, – зря не верил.

– Зачем тогда спрашиваете, если сами все знаете! – брякнул Сергей и тут же пожалел об этом, потому что теперь оба добермана рявкнули в унисон. И облизнулись, и шагнули к нему еще ближе, так что он почувствовал на себе их дыхание.

– Если бы я все знал, то и тебя бы не выкупил, – человек в кресле сверкнул глазами, хотя голос был по-прежнему спокоен. – Без тебя бы обошелся.