Фермуар последней фрейлины

– Разве вам не интересно? – в голосе инвалида прозвучала несомненная обида. Он посмотрел на Сергея, как ребенок, которому не дали конфету.

Внезапно Сергей понял, почему этот человек собирает в своей оранжерее хищные растения. Он сам похож на них – бледный, болезненный, с тонкими паучьими руками и ногами, но при этом коварный и смертельно опасный…

– И все же, почему я здесь и почему я связан?

– Почему вы связаны? Но это же очевидно! Я же не связываю эти растения, потому что они не могут и не хотят убегать или совершать какие-нибудь глупые поступки.

– Собственностью? – удивленно переспросил Сергей. – Вы хотите сказать, что я…

– Ну, разумеется! – не дал ему договорить инвалид. – Разумеется, вы моя собственность! Ведь я вас купил, и купил довольно дорого. Николай Николаевич такой жмот! За такую цену я мог бы приобрести два или три редких растения…

И тут Сергей все понял.

Он вспомнил свою последнюю игру с Николаем Николаевичем, вспомнил, какую ставку поставил в этой игре…

Итак, он проиграл самого себя этому тщедушному и смертельно опасному человеку, этому хищному растению, прячущемуся от мира в своей оранжерее…

– Зачем я вам нужен? – спросил он инвалида звенящим от волнения голосом.

– О, вы уже шутите! – губы инвалида сложились в некое подобие улыбки. – Это хорошо! Это большой шаг вперед! Это значит, что вы готовы к сотрудничеству! Но надеюсь, что вы понимаете – кормить вами мои растения совершенно не выгодно, вы мне слишком дорого обошлись! Мухи куда дешевле…

– Так зачем я вам нужен? Для каких-нибудь изуверских экспериментов?

– Ну, что вы! За кого вы меня принимаете? За какого-нибудь сумасшедшего садиста?

Сергей не сказал, что именно так он и подумал.

– Так все же зачем?

– Меня, собственно говоря, интересуете не вы. Меня интересует ваша жена… ваша бывшая жена.

– Анастасия? – Сергей не смог скрыть свое удивление.

Точнее, за эти два последних года он привык называть так свою бывшую жену. Так ему было проще – считать ее невидной, тихой, заурядной, некрасивой и неуспешной. Никого не интересующей, бесцветной, как белесая моль…

Раньше он тоже считал ее заурядной и глуповатой. Внешне ничего особенного, но не уродина, конечно, тихая такая, молчаливая, скандалов не устраивает, не пилит, денег много не требует.