Дело – труба!

– Это ваша собака уронила мою жену? – тотчас напустился хлипкий мужичонка на ротвейлера, так что тот попятился, а хозяйка закрыла его своим телом.

– Вы ответите за все! – бесновался муж, позабыв, что сначала нужно помочь своей дражайшей половине подняться.

Но тут вмешалась бабушка с внуком, которая клятвенно присягнула, что ротвейлер не виноват – они, мол, вместе подошли, когда уже все случилось. Лыжник махнул рукой и уехал прочь от греха подальше. Тетя потянула мужа за рукав, он опомнился и начал ее поднимать.

– Не могу, – со стоном сказала наконец тетя, – не могу встать.

– Сонечка, у тебя сломан позвоночник? – всполошился муж. – О боже, я вызываю «скорую»!

– Да ничего у нее не сломано! – опрометчиво буркнула Лола. – Просто лишний вес к земле тянет!

Муж посмотрел на нее очень нехорошо. И этим своим нехорошим взглядом заметил у Лолы на руках Пу И.

– Ах вот, оказывается, в чем дело! – зловеще протянул он.

И сделал шаг вперед. И протянул руку. И паршивец Пу И не придумал ничего лучше, чем цапнуть его за палец.

– Он! – заорала тетя снизу. – Он во всем виноват!

Самое умное в этом случае было бы прихватить песика покрепче, да и дать отсюда деру. И пускай они тут сами разбираются, не бросит же мужичок свою слониху на снегу! Но Лола, как уже говорилось, очень трепетно относилась к своей собаке и не могла допустить вопиющей несправедливости.

– Ложь! – закричала она.

Тут на аллею завернула патрульная машина. Полицию никто не вызывал, они делали объезд парка.

– В чем дело, гражданка, что случилось? – обратился патрульный к лежавшей даме.

И пока та молчала, бабушка быстро пошла прочь, потянув за собой санки с внуком. Ротвейлер со своей хозяйкой давно ушли по-английски, не прощаясь. Тут только Лола сообразила, что надо было и ей поскорее покинуть это место.

Из машины вышел второй патрульный и встал рядом с Лолой. Лола сообразила, что дело плохо и нужно звонить Маркизу.

– Приезжай немедленно! – заорала она в трубку.

– Адрес давай! – Компаньон всегда отлично разбирался в оттенках Лолиного голоса и сейчас понял, что надо спешить, не задавая никаких вопросов.

Леня сел за руль черного «форда-мустанга» и выехал на набережную канала.