Дар бессмертия

Взяв в руки любую картину, он безошибочно чувствовал, сколько труда и таланта вложил мастер в свое время в ее изготовление. Старыгин никогда не ошибался, эта способность очень помогала в его работе.

Сейчас он абсолютно точно понял, что этот камень не поможет ему преодолеть каменную стену, а Педро отметил его просто так, чтобы замести следы. Он сильно рассчитывал на старыгинскую интуицию, он хорошо о ней знал и восхищался ею.

Старыгин начал делать руками круговые движения над камнем, он не хотел попусту трогать холодную стену, чтобы пальцы не потеряли чувствительность.

– Слушайте, что вы там делаете? – недовольно спросила Мария. – Пытаетесь разрушить эту чертову стену наложением рук, как Господь наш всемогущий?

– Не кощунствуйте, – не оборачиваясь, прошипел Дмитрий Алексеевич, – лучше помолчите.

Когда Старыгин погружался в работу, он терпеть не мог, чтобы ему мешали, дергали по пустякам и задавали дурацкие вопросы. Оттого, надо думать, он и не женился, что слишком любил свою работу. Какая женщина потерпит, чтобы главное место в сердце любимого мужчины занимала не она, а работа? Встречаются такие, но редко, во всяком случае, Дмитрию Старыгину подобные женщины не попадались.

Возможно, он плохо искал, а если честно, то и не хотел искать.

Мария была истинной женщиной, то есть она тут же обиделась на такое невежливое обращение и затихла в углу. Однако Старыгин не обратил на это внимания, а ей было скучно, поэтому она тихонько подошла ближе, спрятав фонарь за спину.

Старыгин понемногу расширял круги, так что ему приходилось то приседать, то вытягиваться вверх вдоль стены.

Мария не удержалась и фыркнула. Он дернул головой, словно отмахнулся от назойливой мухи, и продолжал свои действия. Не получалось.

– Вы можете хоть полминуты вести себя прилично? – свирепо прошептал он. – Не вертеться, не чихать, не кашлять и не фыркать! Просто помолчать!

«Ну, все! – янтарные глаза вспыхнули в темноте грозным огнем, как у рассерженной тигрицы. – Такого я никогда никому не прощу!»

Мария крепко сжала губы, но Старыгин этого снова не заметил.

Он закрыл глаза и постарался расслабиться. Вот он идет теплым летним вечером по сосновому лесу. Под ногами скрипит белый сухой мох, заходящее солнце освещает сбоку стволы сосен, они кажутся золотисто-розовыми. Дмитрий Алексеевич улыбнулся с закрытыми глазами, ощутив ни с чем не сравнимый запах нагретой сосновой коры.

И вот он почувствовал легкое покалывание в кончиках пальцев левой руки.