Черное Рождество

– Э нет, – гость попятился и волшебным невидимым движением создал в своей руке черный вороненый «маузер», – чтой-то мне, товарищ, твои ухватки не нравятся. Покажи-ка ты мне сперва оружие, а потом уж за кошель хватайся.

– Ничего-ничего, – закивал человек в бурке, осторожно наступая на гостя и вместе с тем делая глазами какие-то знаки стоящему позади гостя хозяину трактира.

Гость отпрыгнул и развернулся, переводя «маузер» в сторону второго противника, но трактирщик уже, бешено вращая глазами, опускал на него огромный мясницкий топор.

Несчастный не успел ни выстрелить, ни увернуться, только немного отстранился, и широкое лезвие топора, скользнув по каракулю папахи, глубоко рассекло плечо, едва не начисто отрубив правую руку.

– Ах ты, профитроля… – приговорил трактирщик, снова поднимая топор, – врешь, не уйдешь, куда ж ты без руки…

Кровь из разрубленного плеча пульсирующим потоком хлынула на белый полушубок. Раненый закачался, глаза его затянуло смертной поволокой, но трактирщик, не останавливаясь на полпути, снова опустил топор, с отвратительным треском раздвоив череп, и радостно примолвил:

– Ух, пустим кровушку на волюшку!.

.

Безжизненное тело мешком грянулось на грязный пол трактира.

Трактирщик оглянулся на человека в бурке и с суетливой озабоченностью в голосе сказал:

– Сейчас. Приберем тут маленько… а то кровь, грязь, мало ли кто зайдет…

Он притащил рогожу, закатал в нее труп, подтер краем этой же рогожи кровавые сгустки с пола.

Подхватив ужасный сверток, взвалил его как пушинку на плечо и пошел к выходу.

– Давай помогу тебе. – Человек в бурке шагнул следом. – Куда ты его понесешь? Не увидит ли кто?

– Да здесь об эту пору никого не бывает, – усмехнулся трактирщик, – да и то подумают – мало ли что несу?

Вдвоем вышли они из трактира. На улице и впрямь не было ни души – узкая грязная улочка заканчивалась возле трактира и далее переходила в почти непроходимую тропку между двумя возвышенностями, скорее напоминающую глухой овраг.

Трактирщик легко шагал этой тропой, как перышко неся свою страшную ношу, человек в бурке едва поспевал следом.

Неподалеку от трактира тропа вывела их к широкому ручью с большой черной полыньей. Трактирщик размахнулся и сбросил сверток в быструю ледяную воду.

– Тут тебе самое и место, – проговорил он с кривой разбойничьей ухмылкой.

– И тебе, – лаконично добавил человек в бурке, выстрелив в затылок своему дюжему спутнику.