Чемоданчик Пандоры

Тетка неприязненно стрельнула в нее глазами, прикрыла трубку рукой и прошипела:

– Подождите! Видите – я разговариваю!

– Это я не тебе! – проговорила она в трубку. – Да есть тут некоторые, которым очень не терпится! А фарш сырой пробовали давать? Как, даже фарш не ест? А филе тресковое? Ну, тогда уж точно надо ветеринара вызывать! Если тресковое филе не ест, это уж ни в какие ворота!

Выслушав ответ, тетка многословно распрощалась со своей собеседницей, повесила трубку и наконец повернулась к Надежде:

– Ну?

Поскольку Надежда Николаевна несколько замешкалась, тетка повысила голос и весьма ядовито проговорила:

– То спешим, а то слова сказать не можем!

– Отчего же! Я хотела спросить о мужчине, которого привезли вчера около четырех часов после аварии.

– Фамилия! – рявкнула медсестра.

– Не знаю. – Надежда пожала плечами.

– А чего тогда интересуетесь?

– А вам-то какое дело? – не выдержала Надежда. – Вы обязаны справку дать!

– Обязана… – проворчала тетка, но тем не менее полезла в толстый журнал.

– Что? – переспросила Надежда.

– Поступил в четыре утра или в четыре вечера?

– Вечера, конечно… какие же маршрутки в четыре утра?

– На пенсию пора, – вполголоса пробормотала тетка, листая журнал, – а все мужчинами интересуются!

– Это вы о ком? – ледяным голосом спросила Надежда.

– Не о вас, – тетка поняла, что переборщила, и поджала хвост. – Вот он, – она нашла наконец нужную запись, – больной Кулик, вторая хирургия, седьмая палата… только сейчас к нему нельзя.

– Я вещи его принесла. – Надежда Николаевна приподняла пакет с надписью «Севзапмолоко», в котором скрывался от посторонних глаз вишневый кейс Кулика. Кстати, Надежда подумала, что пострадавшему пассажиру удивительно подходит эта пернатая фамилия. Он был такой хрупкий и нездоровый…

– Вещи отдайте на склад, – равнодушно проворчала тетка, снова берясь за телефон.

Обращаться к ней за дополнительными уточнениями было небезопасно, поэтому Надежда спросила о местоположении склада пробегавшего мимо бородатого мужчину в зеленом халате.

– В подвале, – ответил тот, указав рукой направление вперед по коридору, и исчез в облаке пыли, как гоночный мотоцикл.

Надежда пошла в указанном направлении.